Фанфики о Tokio Hotel

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Фанфики о Tokio Hotel » Разное » Книга "Tokio Hotel-Как можно громче!" Михаель Фукс-Гамбёк, Торстен Шац


Книга "Tokio Hotel-Как можно громче!" Михаель Фукс-Гамбёк, Торстен Шац

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

http://i027.radikal.ru/0711/71/33fabd9c7b34.gif

http://s14.radikal.ru/i187/0910/6c/96fa81256a4f.gif


Tokio Hotel»:новые суперзвезды Германии
Когда последний раз мир сходил сума? Из-за никому доселе не известной группы мальчиков, которые лихо играют на гитаре, бас-гитаре и ударных и, в меланхолической грусти по поводу мировых проблем, берут за душу своими песнями о любви, взлетая при этом с нулевой отметки на первое место в немецких хит-парадах, оставив всех прочих далеко позади. И поразительно в феномене «Tokio Hotel» вовсе не то, что из-за них толпы девочек доводят до безумия своих родителей, вопят в аэропортах и рвут на себе волосы, а то, что у этих четырех парней потрясающая музыка.
К тому же у них необыкновенный стиль, великолепное звучание и удивительная сила воздействия, благодаря которой «Tokio Hotel» мгновенно завоевывают сердца миллионов. Их песни никого не оставляют равнодушным, а все до сих пор услышанное просто блекнет и отходит на задний план. Музыка «Tokio Hotel» подобна землетрясению: человек теряет способность противостоять власти этих четырех мальчиков из Магдебурга, власти их музыки.
И если кто-то подозревает, что это всего лишь имидж, созданный профессионалами, глубоко ошибается: «Tokio Hotel» — настоящие, они пропускают через себя свои песни, и у них есть что сказать. Они юны и к своим сверстникам обращаются совершенно искренне, а при этом достаточно смелы, чтобы заглянуть в глубь проблем. В программе «Tokio Hotel» умные, волнующие тексты, без плоских шуток, и сопровождаются эти тексты почти мистической, энергетически заряженной современной рок-музыкой. Песни «Tokio Hotel» — самое потрясающее из того, что звучит в наше время на немецком языке.
История феноменального успеха Билла и Тома Каулицев, Георга Листинга и Густава Шефера похожа на сказку. Жили-были недалеко от Магдебурга четыре мальчика, и с самого детства они прилежно учились — учились петь, писать стихи, играть на музыкальных инструментах, и это стало их призванием. А потом они встретились, создали группу и начали выступать в клубах родного города.
Мальчиков заметили в музыкальной индустрии, и профессиональная гамбургская команда продюсеров и авторов песен взяла их под свое крыло. Вскоре на рынке появился их первый сингл, и вот уже на звездном небосклоне засияли новые величины. Дебютная песня «Durch den Monsun» («Сквозь муссон»), впервые прозвучавшая 15 августа 2005 г., несколько недель лидировала в хит-парадах. На концертах «Tokio Hotel» девочки буквально теряли сознание. А четверо друзей взяли в школе на год «академический отпуск» и тут уж разошлись вовсю.
19 сентября 2005 г. в продаже появился дебютный альбом «Schrei» («Крик»), и с этого момента «Tokio Hotel» уже не удержать, этот квартет — самая успешная немецкая рок-группа всех времен! Юные музыканты уже успели получить такие премии, как «Comet 2005» (в номинации «Открытие года»), «Super-Comet 2005», «Эхо», «ILive Krone» и «Бэмби 2005» в номинации «Национальная поп-музыка». И все это в течение полугода!
«Мальчики поют, девочки визжат — так же было и с „Beatles". А вот чтобы эти визги относились к молодой немецкой группе, не бывало с 1980-х, когда появились „The Teens". Близнецам Тому (гитара) и Биллу (вокал) Каулиц 1 сентября 2005 г. исполнилось 16 лет, Густаву (ударные) — 17, Георгу (бас-гитара) — 18. Это невероятно! — захлебывался от восторга выходящий миллионным тиражом еженедельник «Штерн» 4/2006). — Но рецепт успеха „Tokio Hotel" прост: во-первых, эти ребятишки поют по-немецки и, следовательно, плывут на высокой волне таких групп, как „Juli" и „Silbermond". Во-вторых, „Tokio Hotel", в отличие от многих раскрученных групп, действительно умеет делать музыку, а кроме того, у них есть нечто, что уже можно назвать историей».
Журнал «Шпигель» (8/2006) буквально разражается аплодисментами: «Четверка магдебургских тинейджеров — это тот счастливый билет, который удачливый продюсер может вытащить только раз в жизни; билет, способный спасти бюджет любой звукозаписывающей компании и взвинтить до небес тиражи молодежных журналов. „Tokio HoteL" можно не любить, можно считать их музыку глупой, воспринимать их как группу для детей (по крайней мере, в Интернете сайтов их противников почти столько же, сколько и фанатских), но цифры говорят сами за себя: продано более 400 000 альбомов, более 100 000 DVD, около 200 000 билетов на их концерты — и все это в течение полугода, после того как вышел первый сингл. Кроме того, „Tokio Hotel" получил множество наград. Практически ни одна молодежная группа не добивалась такого успеха в столь короткие сроки. Ни „Wir sind Helden", ни „Juli", ни „Silbermond". Все происходящее с „Tokio Hotel" просто феноменально».
Поражает и то, насколько пылко относятся к Биллу, Тому, Георгу и Густаву поклонники, прежде всего девочки. «Сначала это была просто идея, и вдруг она стала крупнейшей в Европе фанатской акцией, — ликуя, пишет главный редактор журнала «BRAVO» Том Юнкерсдорф в своей статье (42/2005, с. 3). — Когда „Tokio Hotel" рассказали, что для абсолютного счастья им не хватает любви и они хотели бы обзавестись подружками, мы решили им помочь. И спросили читательниц „BRAVO", не готовы ли они стать „токийскими" девушками. Итог: 56 000 (!) любовных писем! Безумие! Билл, Том, Густав и Георг были просто поражены, когда мы на грузовике доставили им гору этих посланий. Они вскрыли каждое письмо! И каждое письмо прочитали! Вы лучшие фанаты в мире!»
Даже радикальную смену имиджа своего солиста группа пережила почти без потерь. 25 января 2006 г. вышел новый номер «BRAVO» (№ 5): с обложки, смело глядя читателю в глаза, улыбался совершенно новый Билл. На третьей странице Том Юнкерсдорф написал о смене имиджа Билла следующее: «Это фотографии, о которых говорит вся Германия, а есть они только у „BRAVO"! Новый стиль „Tokio Hotel". Мегазвезда Билл без своей знаменитой прически „манга". Это сенсация, которую эксклюзивно презентирует „BRAVO"!»
Пожалуй, нет преграды, которая могла бы помешать четырем героям в их стремительном движении к вершине. О себе они говорят без всякого апломба; вот, например, гитарист Том: «Мы просто продолжаем делать свое дело и хотим посмотреть, что получится».
Начинается муссон: юная рок-группа заводит Германию
«Schrei 05» — так «Tokio Hotel» назвали свое первое большое турне по Германии, Австрии и Швейцарии. Во время этих выступлений четверка молодых рокеров буквально свела с ума своих фанатов. Билл, Том, Георг и Густав вызвали массовую истерию, чего прежде никогда не бывало в немецкоязычном пространстве на концертных выступлениях рок-новичков. И вообще, удалось это лишь двум самым популярным группам: «Beatles» и «Rolling Stones».
На одиннадцать концертов в декабре 2005 г. билеты были раскуплены полностью. Пятьдесят тысяч фанатов ринулись в залы, чтобы собственными глазами увидеть этих четырех мальчиков. Это был мегауспех, и стало ясно, что необходим дополнительный тур. И уже в начале февраля следующего года четыре юных рок-героя организовали турне «Schrei 06», и тут уже число их зрителей превысило 200 тысяч.
В мире рок-музыки такого еще не случалось, а ведь речь идет о новичках. Алекс Рихтер, глава агентства «Four Artists», которое организовывало концерты, с удивлением сообщил в интервью авторам этой книги: «Если сравнить это явление с уже состоявшейся группой, например „Fantastische Vier", то мы наблюдаем нечто совершенно невероятное. У „Fantas" в 2004 г, при таком же примерно количестве выступлений, как у „Tokio Hotel", было 175 000 зрителей. Но ведь эта группа работает уже около 15 лет. Насколько я знаю, в концертной истории Германии не было ни одного дебютного тура, когда с подобной скоростью удалось распродать такое количество билетов. За четыре дня опустели кассы в Мюнхене, Гамбурге и Кёльне». И все еще находясь под впечатлением происшедшего, Рихтер добавил: «Такого я еще не видел — а ведь я в этом бизнесе уже 13 лет».
Но зашкаливало не только количество проданных билетов. Небывалой оказалась также волна восторгов почитателей «Tokio Hotel», которые просто сотрясали концертные залы во время «Schrei 05». Корреспондент журнала «Штерн» (4/2006) Андреа Риттер так описывает эйфорию фанатов на выступлениях четырех мальчиков в Магдебурге 17 декабря 2005 г.: «„Schrei" — более подходящего названия для этого турне подобрать невозможно: они кричали в Кёльне, в Вене, в Мюнхене и Лейпциге. И в каждом городе тысячи девочек были на грани обморока».
Сотни представительниц прекрасного пола от 9 до 17 лет (а они и составляют 90% фанатов) чуть ли не на каждом концерте лишались чувств. Потому что постоянно выкрикивали имена своих любимцев: Том, Густав, Георг и конечно же Билл! У солиста «Tokio Hotel» положение явно преимущественное по сравнению с остальными, как отмечает в своей статье редактор «Зюддойче Цайтунг» Таня Реет (20 февраля 2006 г.): «Буква „и" в „Биииииилл!!!" невероятно удобна для выкрикивания». Но ведь если использовать воздух для воплей, а не для дыхания, то в один прекрасный момент обессиливает кровообращение, а потом и девочка, имеющая к нему самое непосредственное отношение.
Но не только это представляло сложность во время концертов. На сайте «Tokio Hotel» Билл заявил, что у каждой девушки из первого ряда есть шанс стать его великой любовью. И, естественно, все обожающие его девочки устремились именно туда — вперед. Но проблема в том, что большинство фанатов «Tokio Hotel» женского пола именно Билла-то и считают самым классным и влюблены они именно в него. Соответственно велико и желание пробраться как можно ближе к сцене. А ведь не надо объяснять, насколько это опасно, когда сзади сотни впавших в полубезумное состояние девушек-фанаток давятся и толкаются, а ты стоишь перед ограждением или мускулистыми охранниками и тебе некуда отступать. Результат: бесчисленные синяки, даже легкие повреждения и многочисленные обмороки.
Столь же малопривлекательным представляется и многочасовое ожидание перед концертом. И всё только для того, чтобы наделенные наиболее сильными ногами фанатки могли оказаться как можно ближе к дверям, дабы, когда они откроются, быстро попасть в зал и захватить ближайшие к сцене позиции. А некоторые девочки перед этим практически ничего не ели и не пили, надеясь таким образом избежать необходимости покинуть очередь из-за похода в туалет — ведь тогда они бы снова оказались в задних рядах, а это потерянные драгоценные метры на пути к пространству у сцены.
Итак, девочки проявляли завидное терпение и отказывали себе даже в удовлетворении естественных и в общем-то насущных потребностей. Некоторые справлялись с этим успешно, а некоторые и нет. Врачам постоянно приходилось оказывать помощь фанаткам, которые просто падали, обессилев от недостатка жидкости и питательных веществ.
Выносливость самых упорных поражает. В одной из статей о новых рок-звездах в «SUPERilLu» от 4 января 2006 г. некая фанатка «Tokio Hotel» повествует о том, что происходило на концерте 5 декабря 2005 г. в берлинском концертном зале «Колумбия»: «Мы прождали десять часов. Мы знаем все их песни наизусть, считаем, что они супер, и теперь даже сами их поем».
Скрашивать ожидание, исполняя песни «Tokio Hotel», — это способ не только настроиться на концерт, но еще и согреться. Тем более, что тур «Schrei 05» проходил зимой. Тем не менее фанатки — само собой разумеется, ради Билла, Тома, Густава и Георга — разоделись в пух и прах, так что многие в толпе, несмотря на минусовую температуру, оказались в футболках, легких свитерочках, мини-юбках и коротеньких курточках (ведь зимнее пальто смотрится далеко не столь сексуально!). Сильного переохлаждения, жертвами которого становились многие из этих девочек, не могли предотвратить ни предложенные устроителями пледы, ни сотни литров горячего чая.
Во время этого турне санитары, врачи, полицейские и волонтеры буквально сбивались с ног и в зале, и на улице. Обеспокоенные родители, конечно, тоже понимали, что на концерте с неуправляемыми фанатами, в которых превратились их дети, может случиться нечто гораздо более огорчительное, чем временная потеря слуха или истерика (если, скажем, не удастся передать царящим на сцене мальчикам написанное чуть ли не кровью любовное послание).
Так что родители делали все возможное, чтобы попасть на концерт вместе со своими чадами и присмотреть за ними. И что в результате? Представители старшего поколения, которым посчастливилось оказаться на выступлении «Tokio Hotel», были в таком же восторге, как и их отпрыски. Одна мама написала в гессенскую газету «Алльгемайне» электронное письмо, в котором высказала свое мнение об увиденном собственными глазами выступлении «Tokio Hotel»: «Я всего лишь мама одной из этих вопящих девочек, но от концерта — в восторге».
Ну а если уж на концерт отправлялся и папа!.. Ведь сидя на его плечах можно было видеть всю сцену (хотя и он ближе к концу тоже начинал весело раскачиваться в такт музыке). Да еще и появлялась возможность сбагрить родителям прихваченное толстое зимнее пальто, что наблюдал журналист Клаус Фиэ на концерте «Tokio Hotel» в Мюнстере («Eins Live» от 16 декабря 2005 г.): «Здесь стоят нагруженные куртками и пальто отцы и матери — вообще-то, самые замечательные вешалки для одежды».
Но не всегда присутствие родителей вызывает у фанатов восторг, и об этом свидетельствует сообщение телеканала VIVA о концерте 5 декабря 2005 г. в берлинском зале «Колумбия»: «Вдруг откуда-то появилась мама одной из девочек. Она раздобыла входной билет для своей малышки. „Вот, у меня есть для тебя билет, — сказала она. И добавила, бросив озабоченный взгляд на толпу: —- Кстати, себе я тоже купила!" По этому поводу девочка не выразила восторга, что вполне понятно. Недовольство же ее подруги сомнений не вызывало: „Вот здорово! Теперь мы сможем пойти на концерт с твоей мамочкой!"»
Но мама-то явно была рада, что может присмотреть за девочками во избежание неприятностей. Кстати, ту же самую озабоченность испытывают мамы и папы тех, кто сводит с ума этих самых фанатов. Когда «Tokio Hotel» давал свои первые концерты, еще до турне «Schrei 05», сами мальчики, а еще более их родители были поражены тем, насколько экстремально реагируют на выступление их поклонники.
У родителей Билла, Тома, Густава и Георга были серьезные сомнения относительно безопасности участников группы, и в начале сентября 2005 г. пришлось отменить восемь первоначально запланированных выступлений в рамках тура «Eins Live. Zukunft!». Дело в том, что на первых концертах не были предусмотрены ограждения, способные сдержать натиск фанатов. Конечно, поклонники «Tokio Hotel» были разочарованы этой отменой, но она объ яснялась заботой и об их собственном благополучии, как позже уверял Георг в своем интервью «Попкорн» (12/2005): «На отмену этих выступлений обижаться не стоит. Концерты предполагалось проводить в небольшом помещении. Наплыв зрителей обещал быть столь огромным, что обеспечить полную безопасность присутствующих не представлялось возможным».
Очень скоро речи о «небольших помещениях» уже не шло. В декабре 2005 г., с начала тура «Schrei 05», число зрителей росло с невероятной быстротой. Еще в октябре 2005 г. мальчики и их менеджеры считали, что достаточно зала на 2000 зрителей. Но за несколько дней количество зрителей подскочило с 5000 до 7000. Сейчас юные фанаты заполняют залы на 13 000 мест.
Какой успех для группы новичков! В «Зюддойче Цай-тунг» от 20 февраля 2006 г. Билл делится своими воспоминаниями: «Ведь именно этого мы и хотели: выступать в переполненных залах, когда раскуплены все билеты!» В начале тура «Schrei 05», перед выступлением 5 декабря в берлинском «Колумбия», Том поведал журналу «Планет-интервью»: «Сейчас мы отправились в серьезное турне и имеем возможность выступать в огромных залах, где нас ждут тысячи фанатов. Это классно!» А Густав с благодарностью в адрес авторов этой книги в электронном интервью 19 февраля 2006 г. заявил: «До этого мы выступали на крошечных сценах, и то, что происходит сейчас, ни с чем не сравнимо, описать это невозможно. Ощущение — потрясающее».
<г Во время концертного тура жизнь нашей «фантастической четверки» была крайне далека от нормальной. В конце концов, теперь они не просто школьники Билл, Том, Густав и Георг, которые как бы между прочим занимаются музыкой. Они превратились в профессиональных рокеров в своем собственном универсуме под названием «Tokio Hotel». А там уже вряд ли найдется место для чего бы то ни было, кроме музыки, — ну разве что в автобусе, ведь только там мальчики могут остаться одни. Том так и заключил: «Наша личная жизнь протекает в автобусе» (тележурнал «Giga», осень 2005 г.). Именно там они делали свои домашние задания, обменивались мнениями и рассуждали о своих заботах, сложностях и проблемах. А иногда и просто дурачились, расслабляясь хотя бы на пару часов.
Довольно часто в автобусе, на репетиции или в гостинице эти четверо парней говорят между собой на языке, который непонятен посторонним. Ведь они знакомы так давно, что успели создать свой собавенный тайный язык. Ребята поведали журналу «BRAVO», как расшифровываются слова и выражения их родного «токийско-японского» наречия.
После поездки в удобном автобусе к месту следующего выступления четырем героям приходилось готовиться к очередному концерту. Чтобы избежать проблем, был создан особый «гастрольный» быт. В интернет-журнале «Планет-интервью» (декабрь 2005 г.) Том так описывает будни профессиональных рок-музыкантов из «Tokio Hotel»: «Чаще всего у нас было по два выступления подряд, затем свободный день для отдыха и релаксации, потом снова два концертных дня. В такие дни мы встаем рано утром, готовим аппаратуру, до выступления даем пару интервью, потом выступаем, ночуем в отеле и едем в следующий город. Такая жизнь сопряжена с постоянными стрессами, но когда вечером стоишь на сцене и слышишь аплодисменты, то забываешь все трудности».
В подготовку к концерту у многих групп входит специальный стайлинг, и у некоторых музыкантов он может длиться несколько часов. Но про «Tokio Hotel» этого сказать нельзя, потому что все четверо выходят на сцену в том виде, какому отдают предпочтение в повседневной жизни.
Андреа Риттер описывает в журнале «Штерн» (4/2006) увиденное ею во время концертов группы в Магдебурге, в частности 17 февраля 2005 г.: «За шесть часов до начала выступления Билл выглядит точно так же, как и на сцене. Мотоциклетная кожаная куртка, свободные джинсы, черный лак на ногтях, обведенные черным глаза, накрашенные ресницы, припудренный носик. Сказочный готический эльф. Потрясающе».
А как насчет волнений перед концертом? За два часа до выступления в Берлине 5 декабря 2005 г. Том рассказывал, как он себя чувствует перед выходом на сцену: «Сейчас я еще не очень нервничаю, но вот перед самым концертом... Вот тогда мы все четверо начинаем дергаться, носимся туда-сюда, пьем и постоянно бегаем в туалет. И непрерывно заводим друг друга! Я одинаково нервничаю перед каждым выступлением. Не важно, выступаем ли мы по телевизору или даем живой концерт. Перед выходом все равно лихорадит. Думаю, так всегда и будет».
И вот все начинается: «Tokio Hotel live! Зал превращается в бурлящий храм рока, фанаты беснуются, давая волю своим эмоциям. Но что чувствуют при свете софитов сами мальчики? О том, что они испытывают на сцене, ребята рассказали в интервью по поводу выхода диска «Leb' die Sekunde» («Живи одной секундой»). Георг сказал, что для него нет ничего лучше, чем выступать перед публикой, представлять ей свои песни. Том отметил, что живые выступления более волнительны, чем запись в студии.
В специальном выпуске VIVA, посвященном присуждению премии «Comet», очень убедительно прозвучали слова Билла: «Выйдя на сцену и услышав крики фанатов, как будто получаешь толчок. А потом я уже не могу вспомнить, что делал, как двигался, что говорил». Том добавляет: «Это как сон. Я лично получаю колоссальное удовольствие».
Особенно сильно всех четверых, можно сказать опытных музыкантов (ко времени «Schrei 05» они уже четыре года выступали вместе), волнует вопрос о количестве публики. Том признался журналу «Ивентс унд Тренде»: «Самым замечательным было, когда мы выступали в Магдебурге и собралось 75 000 человек. Это был концерт под открытым небом, чувствовали мы себя потрясающе, еще бы: ведь пришла такая тьма народу!»
Сомнений нет: выступающие вживую «Tokio Hotel» уникальны. На сцене они проживают свою музыку и хотят, чтобы слушатели это почувствовали. Свою искренность они демонстрируют постоянно; так было и на концертах тура «Schrei 05», и на всех остальных выступлениях. И вряд ли в дальнейшем это изменится.

+1

2

Жила-была группа школьников: начало
Билл и Том были в шоке! Они жили себе в Магдебурге и занимались музыкой. Билл писал тексты своих первых песен, Том брал первые аккорды на гитаре. Оба молодых дарования радовались тому, что уже сделали, и мечтали показать свои достижения публике, хотя было им всего по восемь лет.
И вдруг этот переезд: братья Каулиц с мамой Симоной и отчимом Гордоном Трюмпером перебрались из крупного города Магдебурга (230 000 жителей) в маленькую деревеньку Лойче, в которой жило всего 850 человек и где для двух близнецов не было ничего интересного. Ситуация осложнялась еще и тем, что обитали они далеко даже" от центра деревни, где можно было наблюдать хоть какое-то оживление. В интервью по поводу диска «Leb` die Sekunde» Билл рассказывает, что они жили в одном из трех расположенных вне границ Лойче домов, где не было ничего, кроме горы и полей. А Том добавляет, что они, конечно, не из тех, кто терпеть не может природу, но все же им бы не хотелось проводить на ее лоне так много времени.
Другими словами: подросткам типа близнецов Каулиц, предпочитающим городскую суету и активную деятельность, в подобных местах ужасно скучно, и прежде всего по той причине, что мальчики не видели никакой возможности исполнять свои песни не только на концертах, как давно уже планировали, но даже друг для друга в четырех стенах собственного дома. В Лойче такое было вообще невозможно, — ну разве что в Магдебурге, который находился в 15 километрах, так они из него как раз и уехали...
Конечно, в Магдебурге гораздо больше возможностей, чем в Лойче, но, надо признаться, и от этого города большинство молодых людей не в восторге. От столицы федеральной земли Саксония-Анхальт всего 150 километров до бурлящего мегаполиса под названием Берлин. Но Магдебурга его лихорадящая энергетика не достигает. Вариантов времяпрепровождения у жадных до развлечений молодых людей в Магдебурге совсем немного. В спецвыпуске журнала «BRAVO», посвященном группе «Tokio Hotel», Том жалуется: «Здесь просто ничего не происходит».
Эту фразу мог бы произнести любой молодой музыкант, который хочет выбраться на сцену и играть свой рок. В Магдебурге есть всего лишь одно более-менее под ходящее для выступлений место: дискотека «Фактория», потому что именно туда устремляются все юные жители Магдебурга и его окрестностей, желающие потанцевать и послушать музыку. Но там высокая входная плата и полное отсутствие новых исполнителей. Владельцы просто не допускают туда дебютантов, потому что финансово им это невыгодно. Новым же группам, которые хотят выбраться из подвалов и показать себя публике, предоставляется лишь редкая возможность выступить в молодежных центрах или на музыкальных фестивалях школьных ансамблей из Магдебурга и близлежащих деревень.
Но именно этот шанс и использовали братья Каулиц! Они непременно хотели выступать перед публикой, и минимальность таких возможностей в родном городе их не смущала. Они усердно репетировали: Том играл на гитаре, а Билл пел свои тексты, пытаясь задействовать и синтезатор, хотя никогда этому не учился, — но потом отказался от этой мысли.
Братья-рокеры разучили пару песен и приступили к осуществлению своего замысла. В журнале «Шпигель» Билл предается ностальгическим воспоминаниям: «Мы долго мечтали прославиться. И давно уже были готовы выступать где угодно. С тех пор как нам с братом-близнецом Томом исполнилось по девять лет, мы играли на деревенских праздниках, конкурсах и во всех крошечных клубах, которые могли предоставить нам сцену. Я до сих пор не умею играть ни на одном музыкальном инструменте, не могу читать ноты, поэтому в то время ударные мы заменяли синтезатором. Этого хватало разве что для выступлений на школьных смотрах. Мы повсюду рассылали свои кассеты. Чуть ли не каждый выходной родителям приходилось нас куда-то возить».
Их первое выступление состоялось на смотре талантов в Вольмирштедте, небольшой деревне к югу от Лойче, а потом они отправились в Магдебург. Там в 2001 г. Билл и Том выступили на конкурсе в «Грёнингер Бад». Как всегда. Том играл на гитаре, а Билл пел. На заднем плане ритм задавал синтезатор.
За выступлением братьев наблюдали бас-гитарист Георг Листинг (в тот момент ему было 14 лет) и Густав Ше-фер (12 лет), игравший на ударных. Эти двое встретились в музыкальной школе и подружились. В интервью авторам этой книги (19 февраля 2006 г.) Густав описывает, как они наблюдали за близнецами Каулиц: «Том с Биллом стояли с гитарой и микрофоном, а весь остальной звук был электронным. И тут мы подумали, что должны им как-то помочь». В январе 2006 г. в передаче «Штерн ТВ» Георг, улыбаясь, сказал: «Электронные барабаны — это отстой».
Мнения Густава и Георга совпали: близнецы хороши, но им не хватает ритмического компонента. Если это исправить, составится классическая рок-группа: бас-гитара, ударные, гитара и вокал.
После выступления Густав и Георг отыскали Билла и Тома. Они сразу же нашли общий язык и договорились играть вместе. Заметив, что получается хорошо, решили встречаться чаще и больше репетировать. Вчетвером они разработали первые песни, Билл написал для них тексты, некоторые на английском, но в основном все-таки на немецком языке.
Ребята поняли, что стали уже настоящей музыкальной группой, а значит, им нужно было название. В интервью для «Top of the Pops» Билл сказал, что в тот момент они особенно-то об этом и не думали: «У нас не было никакой идеи; было просто клево, что мы поем по-немецки и у нас свои собственные тексты. Название группы нам было безразлично, и не хотелось ничего придумывать. В результате мы взяли то, которое пришло в голову первым».
В 2001 г. Билл, Том, Густав и Георг дали своей группе название «Devilish», что значит «чертовский» или «дьявольский». Но даже если они и выбрали его как бы между прочим, оно все равно символизировало основное направление: быть не такими, как все, быть бунтарями — яркими и... дьявольски классными.

+1

3

«DeviLish»: группа рвется наверх
Итак, Том, Билл, Георг и Густав нашли друг друга и превратились в настоящую группу. «Devilish» были согласны выходить на любую сцену и играть, играть, играть — так им хотелось добиться успеха.
Как и прежде, в родных пенатах возможности для выступлений оставались весьма скромными. Но неунывающие «Devilish» использовали любую возможность, чтобы появиться перед публикой. А поскольку доставлять к месту выступления ударные, гитару, бас-гитару, усилители и прочее оборудование на велосипеде или в рейсовом автобусе неудобно, то им требовалась помощь. Они обратились к родителям, и те выразили готовность транспортировать груз.
На первых совместных выступлениях Билл, Том, Густав и Георг приобрели ценный опыт выживания в жестких условиях шоу-бизнеса, — ведь, как рассказывал Том в интервью для интернет-журнала «Планет-интервью», зачастую играть приходилось в практически пустом зале:
«Когда мы создали „Devilish", то обычно выступали в клубе „Грёнингер Бад" в Магдебурге. Мы очень нервничали, хотя иногда слушателей набирался разве что десяток». Вокалист «Tokio Hotel» вспоминал в спецвыпуске VIVA, что иногда дела обстояли еще хуже: «Как-то пришло всего четыре человека, и все они пили пиво».
Но молодые рокеры неустанно искали возможность предстать перед большой аудиторией. Таким выходом для них стали магдебургские банд-шоу. Четверка выступала также на конкурсах молодых талантов, которые устраивали предприятия Магдебурга, например на «SWM MusiCids». Там они добрались до финала — он состоялся 21 сентября 2002 г. в магдебургском Доме культуры «АМО». Почти через год, 20 сентября 2003 г., они выступили на том же конкурсе в заключительном концерте в Доме культуры «Фихте», но, как и в прошлый раз, получили только второе место."
Это было начальным этапом в карьере будущих «токийцев», и свои первые совместные шаги они помнят до сих пор. Даже став (уже как «Tokio Hotel») новыми рок-звездами Германии и завоевав тысячи восторженных почитателей, в начале октября 2005 г. они играли в финале тогдашнего «SWM MusiCids» в «Фактории» (все билеты были распроданы). Они ведь умеют быть благодарными...
В 2003 г. «Devilish» принимали участие в самом большом конкурсе для новичков «Hegel rockt» («Гегель играет рок»). Два семнадцатилетних школьника, Роберт Кунст-ман и Мартин Блихман из магдебургской гимназии Гегеля, понимая всю сложность ситуации в регионе, организовали этот конкурс, выступив в качестве режиссеров. Таким образом они дали никому не известным группам шанс выступить наконец на сцене. Успех конкурса превзошел все ожидания, и с тех пор «Hegel rockt» проводится каждый год. В тот, самый первый, раз, в 2003 г., «Devilish» тоже выступали в молодежном клубе «Магнит», но победить не смогли.
Но ребята не опускали руки, тем более что главной их работой все-таки еще оставалась школа. Правда, на свою группу они тратили все больше и больше энергии и времени. У них появился даже собственный интернет-сайт: devilish-music.de.
Чтобы иметь хоть какую-то возможность выступать, им нужны были песни, причем как можно больше и, желательно, собственные. Групп, повторяющих известные хиты, и без того много. Так что сочиняли они все вчетвером: Билл писал тексты, а остальные пытались положить их на музыку. В интервью магдебургскому журналу «ДЭЙТс» Георг рассказывал, как все это происходило (собственно, так оно происходит и до сих пор): «Билл пишет текаы, мы их слушаем и прикидываем, какой звук лучше всего к ним подойдет». Билл дополняет: «Когда я пишу слова, мелодия уже крутится в голове. Я напеваю ее остальным, и мы начинаем над ней работать. В конечном итоге свою лепту вносят все четверо».
Таким образом родилось несколько песен, которые они обязательно хотели исполнить вживую. О том времени ребята сейчас вспоминают с улыбкой. В интервью журналу «Шпигель» 28 сентября 2005 г. Билл сказал: «Наша программа состояла из нескольких песен на немецком языке— сочинять на английском мы не могли. Некоторые из наших опусов были откровенно плохими. Если их кто-то услышит сегодня, то навряд ли узнает нас. Недавно отец показал мне видеозапись одного из наших первых выступлений: просто смешно, какие мы были неловкие. Но тем не менее мне все это очень дорого. Каждый должен с чего-то начинать».
Их тогдашний музыкальный стиль мало отличался от нынешнего. Не очень быстрый рок и баллады, постепенно переходящие в мощный гитарный шторм, конечно не столь профессиональный, как сейчас, но музыкальное направление уже узнаваемо.
В 2003 г. все четверо пришли в студию и записали песни для своего первого альбома со скромным названием «Devilish». Сделали они его самостоятельно, не обращаясь в крупные фирмы, — и все остальное тоже делали сами. Они скопировали 300 дисков, подготовили буклеты, вложили их в футляры и продавали альбом на концертах в Магдебурге и окрестностях. Сегодня, кстати, этот альбом очень ценится среди коллекционеров — преданных поклонников «Tokio Hotel».
Тогда Билл, Густав, Георг и Том записали семь песен — что-то на немецком, кое-что на английском (за это время они уже успели подучить английский). «It's hard to live» («Жить трудно») — их первая песня. В ней Билл поет о том, что за жизнь нужно отдать всё, что за нее нужно бороться и ни в коем случае нельзя впадать в отчаяние.
Вторая песня — «Leb' die Sekunde». Для первого альбома «Tokio Hotel» — «Schrei», — вспоминает Том в интернет-журнале «Планет-интервью», ребята еще раз записали ее, слегка изменив текст: «Конечно, потом мы ее слегка подправили, чтобы она звучала более профессионально». Текст Билл написал в десять лет, но «Leb' die Sekunde» стало его девизом в жизни. В песне речь идет о том, что время бежит слишком быстро, поэтому не стоит жить лишь воспоминаниями о прошлом. Важно то, что происходит сейчас, в данный момент.
Третья песня, «Nichts wird besser» («Лучше не будет»), — это призыв действовать, если считаешь, что попал в ужасную ситуацию и чувствуешь себя беззащитным.
Песня номер четыре написана на английском языке и посвящена человеку, оставшемуся в одиночестве. Билл поет, что сначала появляются пустота и страх. Но потом человек с грустью и даже со злостью осознает, что девушка, которая, не объясняя причины, исчезла из его жизни, собственно говоря, не очень-то ему и нужна.
«Nothing's like before» («Ничто не осталось по-прежнему»), пятую песню, Билл тоже написал на английском. Речь в ней идет о двух людях, которые встречаются после долгой разлуки и замечают, что многое между ними изменилось. Раньше они были близки, но теперь (как это ни удивительно) понятно, что они совсем друг другу не подходят.
А потом снова песня на немецком, «Schones Madchen aus dem All» («Прекрасная девушка из космоса»). Билл рассказывает в ней о девушке из своих фантазий, в которую он влюбился, и просит навестить его еще раз.
В последней песне, «Schwerelos» («Невесомый»), речь тоже идет о космосе. Билл описывает, как во сне он летал среди звезд, ощущая свою полную обособленность от всего.
Есть еще и другие песни группы «Devilish», такие, например, как «Grauer ALLtag» («Серые будни»), в которой Билл жалуется, что взрослые очень мало внимания уделяют молодым людям, и напоминает, что давно пора приступить к реальным действиям. Эта песня появилась в 2002 г. на общем диске участников конкурса «Song & Rime Contest», в котором «Devilish» соревновались с другими молодыми группами из Саксонии-Анхальт.
Обратившись в студию звукозаписи, четверо ребят продемонстрировали, что они стремятся стать настоящими профессионалами — известными и успешными. В журнале «Планет-интервью» Том признается: «По своей прежней жизни я, в общем-то, не скучаю. Когда мы организовали нашу первую группу „Devilish", мы все время мечтали о большом успехе. Мы хотели этого всегда и, собственно говоря, о прошлом много не размышляем. Да и по школе я особенно не скучаю...»
Для своего возраста (а в 2003 г. им было от 14 до 16 лет) Билл, Том, Густав и Георг, благодаря своему диску, бесчисленным выступлениям на публике и бесконечным репетициям, накопили огромный опыт. И что самое главное — они превратились в прочную, монолитную группу.
Они были готовы для очередного рывка, который мог бы вынести их музыку за границы Магдебурга. И этот момент был уже не за горами.

0

4

От «Devilish» к «Tokio Hotel»: первые успехи
Собственно говоря, это было обычное выступление, одно из многих, на которых Билл, Том, Густав и Георг играли после студийной записи самостоятельно сделанного альбома «Devilish». Они, как всегда, вышли на сцену своего постоянного клуба, «Грёнингер Бад», где в 2003 г. бывали почти каждые выходные, не подозревая, что там присутствует некий зритель, наблюдающий за ними с интересом и любопытством. Это был музыкальный продюсер Петер Хоффман, для которого Билл не был, так сказать, первым встречным.
Хоффман уже видел и, главное, слышал Билла в телевизионном шоу талантов «Star Search Kids». Хоффман был одним из продюсеров этого шоу, и ему понравилось, как поет Билл. Тот вылетел еще в восьмой части финала, но Хоффман поверил в его способности. Так что по следам Билла он добрался аж до Магдебурга, пришел на выступление «Devilish» и после концерта поговорил с четверкой юных рокеров.
В журнале «Шпигель» (8/2006) Хоффман вспоминает: «Когда я услышал этих ребят, моей первой мыслью было: „Разрази меня гром, их ждет потрясающий успех!"» Он пришел в такой восторг, что сразу же пригласил их в свою студию «Капельмейстер». В своем интервью «Шпигелю» же 28 сентября 2005 г. Билл признается: «Это было невероятное счастье. Нам и в голову не приходило, что в таком маленьком городе, как Магдебург, на нас обратит внимание самый нужный нам человек. Мы растерялись и не понимали, что делать дальше».
В результате Билл, Том, Густав и Георг приняли предложение Хоффмана. Уже через неделю после этой удивительной встречи все четверо отправились в студию «Капельмейстер», которая находится недалеко от Люнебурга, и размещается она на бывшей ферме. Мальчики волновались, что было вполне естественно. Ведь, работая как. группа «Devilish», они уже успели приобрести довольно богатый опыт в шоу-бизнесе и понимали: то, что происходит с ними сейчас, — явление экстраординарное.
Ну, прежде всего продюсерская группа, которую Петер Хоффман представил ребятам: Пат Бенцнер, Дэйв Рот и Давид Йост. Список исполнителей, которых продюсировали Хоффман и его команда, достаточно большой и производит сильное впечатление. Среди них группы «The Doors»,
«Motley Crtie», «Falco», «The Corrs», «Faith Hill», «Lollipops», а также Сара Брайтман, Патрик Нуо, Марианна Розенберг. Мало того, этим профи знакома жизнь исполнителей, так сказать, изнутри. Например, Давид Йост когда-то выступал в группе «Bed & Breakfast».
В результате четверка профессионалов оказалась лицом к лицу с преисполненными надежд юными талантами, которые буквально потеряли дар речи, — а это уж было для них совсем нехарактерно. «От волнения мы не могли произнести ни слова», — признается Билл («Шпигель», 28 сентября 2005 г.).
Для начала, чтобы подбодрить ребят, Хоффман пригласил их пообедать со своими детьми и таким образом сумел снять напряжение. В спокойной беседе они наметили свои дальнейшие шаги: надо было записать альбом с совершенно новыми песнями, выпустить сингл и при этом подписать договор с фирмой, выпускающей диски.
Величайшая мечта наших героев была близка к осуществлению, и поэтому ответ на вопрос, готовы ли они к сотрудничеству, мог быть только один: «Да!» Но согласятся ли родители? Ведь к этому моменту ребята еще не достигли совершеннолетия.
Родители не подвели: тотчас же дали свое согласие и поставили под договорами подписи за своих отпрысков.
Билл вспоминает, что им пришлось столкнуться с массой юридических сложностей: «Из-за каждого договора надо было обращаться в суд, все проверялось по два-три раза, каждый хотел нас переубедить, все время что-то мешало» («Шпигель», 28 сентября 2005 г.).
Но главным для Густава, Георга, Тома и Билла оставалось то, что они могут делать музыку. Наконец-то они в студии, рядом с настоящими профессионалами! Конечно, требования к их работе были очень высоки, но ведь и сами мальчики стремились к совершенствованию. В интервью с Клаусом Фиэ для радиоканала «Eins Live» в декабре 2005 г. Билл, смущенно улыбаясь, признался: «В „Грёнингер Бад" мы играли, даже не зная толком, что такое такт. То есть качество оставляло желать лучшего».
Теперь же, чтобы подняться на новую ступень, приходилось репетировать непрерывно. Продюсеры всячески помогали им, а кроме того, с ребятами работали несколько очень хороших студийных музыкантов. На веб-сайте «Tokio Hotel» Билл рассказывает, что практически все свое время они проводили в студии и совсем скоро уже чувствовали себя там как дома. Именно в этот период они сплотились как музыкальная группа и сблизились как истинные друзья.
Работа в «Капельмейстере» стала для них своего рода школой: именно здесь овладевали они профессией музыканта. И уровень их неуклонно возрастал. Они познакомились со студийной техникой, играли на разных музыкальных инструментах, а Билл вплотную занимался вокалом. К малоприятным слухам (якобы им для выступлений был предоставлен подготовленный другими материал, что они прошли кастинг и над ними поработали стилисты) ребята относятся с юмором. Георг ясно высказался в интервью для молодежного канала «Giga»: «Мы пришли к продюсерам как готовая, сформировавшаяся группа и вовсе не собирались меняться лишь потому, что начали работать с профессионалами». В спецвыпуске музыкального канала VIVA в 2005 г. зрители увидели Тома — стиль хип-хоп и дреды: «Так я хожу всегда — и в школе, и на сцене».
Песни все участники делают вместе, одной командой. Билл рассказывал, как рождались их композиции: «У нас был большой простор для творчества. Основную часть текстов я написал вместе с продюсерами. Каждый вносил что-то свое: то хороший куплет, то припев» («Шпигель», 28 сентября 2005 г.).
Всей командой они создали пятнадцать песен, двенадцать из них отобрали для будущего альбома. Ребята репетировали постоянно, стремясь улучшить достигнутое, и наконец они сами и их продюсеры сошлись во мнении: песни готовы для записи. Своими воспоминаниями Билл поделился в журнале «Шпигель» (28 сентября 2005 г.): «Было две студии, где мы последние два года проводили все свободные дни: в зале звукозаписи мы репетировали, добиваясь оптимального соответствия музыки и текстов. Я пел в микрофон, чтобы ребята чувствовали текст. Когда записали ударные и гитары, во второй студии (для вокалистов) через наушники я слушал музыку и накладывал на нее слова. На это мне потребовалась целая вечность».
Сейчас Билл поет все песни по-немецки, не то что в первом и единственном альбоме группы «Devilish». В интервью по поводу DVD группы «Tokio Hotel», «Leb' die Sekunde», Билл сказал, что время от времени они репетировали песни на английском, но в общем и целом всегда воспринимали себя как группу, поющую именно на немецком. -
Билл считает классными такие группы, как «Juli», «Silbermond» и «Wir sind Helden», в чем и признался в интервью для телеканала «Giga»: «Они потрясные! Очень приятно, что немецкоязычные группы завоевывают всё большую популярность и лидируют в хит-парадах... Как бы там ни было, но они отлично делают свое дело!»
Тексты «Tokio Hotel» искренне и верно отражают мир чувств молодых людей. На интернет-портале «Kindercampus» Билл рассказывает, что именно в содержании песен представляется ему самым важным: «Я стараюсь находить темы, затрагивающие повседневную жизнь молодых людей, темы, которые их действительно волнуют».
То, что ребята записали в студии, — это хороший, прочный рок. В интервью интернет-журналу «Ивентсунд Тренде» Том комментирует песни группы «Tokio Hotel»: «Они многогранны. В альбоме есть довольно жесткий рок, например „Schrei". И в то же время у нас есть баллады, скажем „Rette mich". Мы соединяем эмоциональные зон-ги и немецкий рок».
В интервью по поводу выхода первого диска «Tokio Hotel» Билл, как и его брат, тоже сказал, что считает их альбом довольно разнообразным: в нем есть тексты, заставляющие задуматься, но есть и такие, которые призваны просто доставить удовольствие. В подборе песен тоже можно выявить различные влияния.
Одно из них вычленил магдебургский журнал «ДЭЙТс», который заявил, что Билл напоминает Нену 80-х годов. Такое сравнение вызывает у Билла улыбку: «Нет, это не случайно. Раньше я с удовольствием подпевал Нене, но все-таки я ближе к „Green Day"». В том же интервью Георг буквально возопил: «Спасите! Какая Нена!»Том подтвердил: «Точно, в общем-то, фанатами Нены мы не являемся».
Средства массовой информации постоянно проводят какие-то сравнения, но своими песнями мальчики доказали, что хотят делать что-то, отличное от других. И надо признаться, у них это получается. Их песни несут на себе некий особый отпечаток. Но какой же именно? Прослушивая свои новые работы, Билл, Георг, Густав и Том поняли: это уже не «Devilish». Они изменились и повзрослели. Пожалуй, теперь они готовы сделать шаг и ступить на заповедную территорию поп-планеты. В их жизни начинается новый этап, а значит, группе нужно новое название.
В интервью «ДЭЙТс» Том четко дал это понять: «Как будто закрываешь прочитанную книгу и начинаешь новую». Но какое же название можно поставить на этой новой, только что открытой странице?
Все четверо задумались, в воздухе витали «Lauf und Punkt» («Движение и точка») и «Schrei» (так группу хотела назвать выпускающая диски фирма «SONY BMG»). После долгих размышлений решили остановиться на «Tokio Hotel». Осенью 2005 г. в интервью для музыкального шоу «Top of the Pops» Билл рассказывает, откуда возникло такое название: «Мы искали свой символ. Сейчас с нами так много всего происходит! В прошлом году вот записали альбом. Да и вообще для нас многое внове. Мы все четверо люди городские, вот и подумали, что нам нужен город, который бы соответствовал нашим внутренним ощущениям. Оптимальным показался Токио, хотя мы там никогда не были. Но мы ведь и хотели, чтобы это был неизвестный нам город. Ну а отель... Мы ведь постоянно в разъездах... Наверное, можно было назваться „Berliner Rasthof" („Берлинская турбаза"), но „Tokio Hotel" — это круто».
Журналу «Шпигель» (28 сентября 2005 г.) Билл признался: «Мы бы с удовольствием выступили в Токио». В декабре 2005 г. в интервью для газеты «Ди Вельт» Том, подмигнув, назвал еще одну причину: «Девушкам же нравятся парни типа нас».
Но если теперь новое название, то почему бы не сменить имидж, подумал Билл и сделал себе прическу «ман-га», которая и стала его фирменным знаком. Сделал пирсинг, добавил браслеты с заклепками, кожаную куртку — и вот уже перед зрителями настоящий рокер, повзрослевший и раскованный.
Итак, Билл, Том, Георг и Густав стали «Tokio Hotel». Билла, солиста, ни с кем не спутаешь. Да и альбом наконец вышел (после целого года работы в студии); произошло это летом 2005-го. Теперь предстояло принять очень непростое решение: какой сингл записать в первую очередь?
Восходящим суперзвездам больше всего нравилась песня «Durch den Monsun». В спецвыпуске «BRAVO», посвященном «Tokio Hotel», Билл сказал: «Как только мы узнали, что выйдет наш первый сингл, мы с продюсерами задумались, какая же песня лучше подойдет для дебюта в мире поп-музыки. „Durch den Monsun" написана в среднем темпе, в начале довольно спокойная, а к концу более громкая и жесткая. Поэтому мы решили, что именно она великолепно отражает содержание всего альбома. Ведь там у нас есть всё — от жестких песен до баллад».
Дебютный сингл «Tokio Hotel» — «Durch den Monsun» — должен был выйти 15 августа 2005 г. Кроме самой песни предполагался и сюрприз, своеобразный бонус. Давид Йост, один из продюсеров, вспоминает в интервью магдебургскому журналу «ДЭЙТс»: «На сингле „Durch den Monsun" действительно есть японская версия песни. И клип, к „Monsun" на японском тоже есть. Это скорее шутка, потому что Билл на самом деле похож на манга, и вообще он харизматический тип». Солист «Tokio Hotel» взял несколько уроков вокала. Преподаватель научил его правильному произношению для исполнения «Monsun о koete» (так «Durch den Monsun» называется по-японски).
Оглядываясь назад, Том в интервью для интернет-журнала «Ивентс унд Тренде» 23 октября 2005 г. вспоминает о студийной сессии: «Впервые мы записывали в такой большой студии. Нам и в голову не могло прийти, что все это будет столь трудоемко. Работали мы чрезвычайно долго, было тяжело, но несмотря ни на что все это доставляло нам колоссальное удовольствие».
В этот момент Билл, Том, Густав и Георг стартовали к вершине успеха. Они подготовили новые, хорошие песни. И им очень хотелось предъявить наконец соскучившимся по року любителям музыки по всей Германии свою работу и свою группу: «Здравствуйте! Мы — „Tokio Hotel"!»

0

5

BRAVO» открывает «Tokio Hotel»: беседа с Алексом Гернандтом
«„Жили-были..." — так обычно начинаются сказки» — именно этими словами начал «BRAVO» (37/2005) свой восторженный рассказ о «Tokio Hotel». А главный редактор Том Юнкерсдорф продолжил: «Итак: жила-была школьная музыкальная группа, они играли рок, но никто их не слушал. А потом их открыл „BRAVO" — и тут вдруг ребята стали желанными, словно очередные каникулы. Вся Германия говорит о „Tokio Hotel", телевизионные каналы и газеты буквально захлебываются. Все ищут секрет успеха супергруппы. Его „токийцы" открыли только нам. Потому что „BRAVO" для „Tokio Hotel" не просто журнал, как все, — мы ведь верили в них с самого начала!»
Это правда: германский молодежный журнал «BRAVO» открыл «Tokio Hotel» и постоянно с ними сотрудничает. Сначала кажется, что в парнях нет ничего особенного, но при ближайшем рассмотрении впечатление резко меняется: «BRAVO» разместил группу прямо на обложке еще до того, как на прилавках появился их первый сингл. Раньше этот журнал никогда не делал ничего подобного. Потому
что до сих пор не поддерживал никому не известные группы. Обычно для того, чтобы о тебе опубликовали солидную статью, необходимо было занять приличное место в хит-параде.
Инициатором этого столь удачного пиар-хода был заместитель главного редактора «BRAVO» Алекс Гернандт. Именно он 20 июля 2005 г. представил «Tokio Hotel» в рубрике «Дебютанты» (30/2005) следующими словами: «Песни этой четверки потрясают, ребята классные». Таким образом Алекс Гернандт сдвинул с места настоящую лавину, потому что спустя две недели (и два номера журнала «BRAVO») появилась статья о «Tokio Hotel» на целых две страницы, и называлась она «Новая супергруппа!» Пока еще никакого сингла не существовало («Durch den Monsun» выпустили 15 августа 2005 г., а сам альбом пятью неделями позже).
Удивительная история успеха юных магдебургских рокеров продолжалась — при постоянной поддержке «BRAVO». В выпусках 34 и 35 за 2005 г. четыре наших героя уже стали гвоздем программы, их небольшой снимок был помещен на обложке, а в 36-м выпуске «BRAVO» посчитал их достойными первой (анонсируемой на обложке) статьи, за которой последовали многие другие. Апогей эйфории: специальный выпуск «BRAVO», посвященный «Tokio Hotel»
и содержащий без малого 100 страниц (он поступил в продажу в начале октября 2005 г. и весь тираж — 270 000 экземпляров — был раскуплен моментально). А заместитель главного редактора Алекс Гернандт, обнаруживший группу еще в сентябре 2004 г., считается теперь одним из крестных отцов «Tokio Hotel»!
Почему ты всегда верил в «Tokio Hotel» и в их успех?
ГЕРНАНДТ: Когда осенью 2004 г. я первый раз услышал демо-версии песен «Tokio Hotel», я подумал, что солист, чем-то напоминающий Нену, имеет все шансы попасть в хит-парад. А потом мне представилось, что еще три их песни (речь идет о необработанных вариантах «Schrei», «Durch den Monsun» и «Rette mich») имеют абсолютный хитовый потенциал. Потому что «Tokio Hotel» ни на кого не похожи. С самого начала мальчики казались мне очень самобытными.
Как и когда ты впервые общался с «Tokio Hotel»?
ГЕРНАНДТ: Это я могу сказать совершенно точно — 30 сентября 2004 г. Накануне проводившегося журналом «BRAVO» в Берлине супершоу я зашел в фирму «BMG/Hansa», выпускающую диски, чтобы обсудить с ними кое-какие деловые вопросы. Перед самым уходом один
из сотрудников спросил меня чуть ли не между прочим, не мог бы я быстренько прослушать три песни новой группы. Поскольку я всегда открыт для новых талантов, то, конечно же, я решил задержаться. Это оказалась демо-версия группы, которая в то время еще называлась «Schrei». Мне в уши ударили забойные рок-ритмы в стиле «Metallica», а голос исполнителя показался мне вообще явлением из другого мира. Я пришел в полный восторг, о чем и не замедлил сообщить своему коллеге. Он поинтересовался: «Как ты думаешь, сколько ребятам лет?» Я ответил, что они очень молоды, лет по двадцать. Он усмехнулся и заявил, что им от четырнадцати до шестнадцати. Я не поверил: настолько профессионально работала группа.
Потом мне показали фотографии, я сразу же выделил Билла и Тома. Уже в то время у близнецов был свой собственный, привлекающий внимание стиль. Но больше всего меня поразил тот факт, что в данном случае речь шла не о раскрученных марионетках, а о вполне состоявшейся группе, участники которой к тому моменту работали вместе уже четыре года, сочиняли собственные песни и выступали с ними перед публикой. Очень важным было и то, что они по-настоящему дружат и не позволят никому и ничему стать на пути их успеха.
Прощаясь, я попросил коллег держать меня в курсе дела, потому что эту группу (как я считал) можно было задействовать и в «BRAVO», где я не только выполняю функции заместителя главного редактора, но и занимаюсь поиском талантов. Могу сказать, что приложил руку к карьере Сары Коннор, Шакиры, «Juli», Кристины Штюрмео. Но «Tokio Hotel» — особенные. Давно уже ни одна звезда не вызывала подобной истерии...
Как развивались отношения между «Tokio Hotel» и «BRAVO»?
ГЕРНАНДТ: Потом почти пять месяцев я ничего о них не слышал. А весной 2005 г. вдруг неожиданно объявился директор по маркетингу фирмы «Universal», в сотрудничестве с которой не так давно журналу «BRAVO» удалось резко поднять популярность новой группы «Juli». Он договорился со мной о встрече в нашей мюнхенской редакции, потому что хотел показать мне музыку новой немецкой группы из Магдебурга. Услышав про Магдебург, я тут же вспомнил про «Schrei» и спросил, нет ли там братьев-близнецов. Он очень удивился и поинтересовался, откуда я знаю совершенно неизвестную группу. Я, улыбаясь, поведал ему историю, имевшую место в берлинском офисе «BMG/Hansa».
Когда же наконец произошла встреча с «Universal»?
ГЕРНАНДТ: В середине мая ко мне пришли директор по маркетингу и пиар-директор этой фирмы. Они рассказали, как вышли на группу «Schrei». Две крупнейшие фирмы — BMG и SONY — слились и решили от сотрудничества со «Schrei» отказаться. Фатальная ошибка, и выяснилось это буквально сразу. А когда демо-версию показали шефу «Universal» Тому Боне, тот, не колеблясь, подписал договор на выпуск диска магдебургской четверки.
Как произошло переименование из «Schrei» в «Tokio Hotel»?
ГЕРНАНДТ: Название «Schrei» фирме «Universal» сразу же показалось невыигрышным, и после некоторых размышлений появилось новое — «Tokio Hotel», потому что столица Японии, по словам Билла и компании, — их любимый город, хотя пока еще они ни разу там не были.
Ты сразу же сообщил «Universal» о готовности «BRAVO» поддерживать «Tokio Hotel»?
ГЕРНАНДТ: Да, тут же! Музыкальный талант и оригинальность группы представлялись мне очень убедительными. На первой же встрече я подтвердил готовность к сотрудничеству, потому что с самого начала верил, что «Tokio Hotel» ждет успех. Мы пожали друг другу руки и договорились, что «BRAVO» будет первым и эксклюзивным СМИ-партнером группы «Tokio Hotel» во всем, что касается их развития. Я пообещал, что мы тут же дадим этой теме зеленый свет, хотя стопроцентной гарантии, что она заинтересует читателей, конечно, не было.
Как ты действовал дальше?
ГЕРНАНДТ: Сразу после этой встречи я снова и снова проигрывал первый намеченный к выпуску сингл «Durch den Monsun». Так я поступаю всегда, если начинаю интенсивно заниматься новой темой. Для меня «Durch den Monsun» — наряду с «Perfekte Welle»у «Juli», «Symphonie» у «Silbermond» и «Die Welt steht still» у «Revolverheld» — одна из лучших современных немецких песен в аиле рок. Но реакция моих коллег была двойственной. Многим очень понравилось, но однажды прозвучала и такая фраза: «Сделай, пожалуйста, потише, это не песня, а казнь египетская!»
А как развивались дальше отношения «Tokio Hotel» и «BRAVO»?
ГЕРНАНДТ: В начале лета 2005 г. произошла моя первая личная встреча с группой. Это было в мюнхенской студии «Веритон», где ребята исполнили для нас пять своих песен. На эту встречу со мной ходил репортер «BRAVO» Саша Верникке, который должен был заниматься ими в дальнейшем. Выступление показалось мне просто шикарным и еще больше убедило меня в том, что «Tokio Hotel» может стать выдающейся группой.
Потом мы просидели с мальчиками еще больше часа. Так как Билл, Том, Густав и Георг большие поклонники рока, я рассказал им несколько забавных случаев из жизни скромного руководителя репортерского отдела (то есть из моей жизни), когда я регулярно разъезжал с «Metallica», «Guns N' Roses», «Bon Jovi» или Майклом Джексоном. Их это очень заинтересовало, и они просто засыпали меня вопросами.
А потом поведали мне свою мечту: им очень хотелось попасть однажды в супершоу журнала «BRAVO». В конце встречи я сказал: «Наступит время, и в „BRAVO" о вас будут писать столько же, сколько об этих суперзвездах! Полагаю, что в нашем супершоу вы сможете выступить уже очень скоро».
Изменил ли «BRAVO» свою тактику, знакомя читателя с новой рок-группой?
ГЕРНАНДТ: Честно сказать, мы просто сразу подняли планку. За несколько недель до появления клипа мы поместили первый разворот. И хотя до этого момента читатели не могли еще слышать ни одной песни «Tokio Hotel», они все же заинтересовались — их привлек уже сам внешний вид ребят — и засыпали редакцию письмами. Первая реакция оказалась восторженной, и впереди замаячил мегауспех.
Я, конечно, очень рад, что «BRAVO» первым поверил в «Tokio Hotel» и помог продвижению этих дебютантов, которые стали самой успешной немецкой группой всех времен.
[/b]
«„Жили-были..." — так обычно начинаются сказки» — именно этими словами начал «BRAVO» (37/2005) свой восторженный рассказ о «Tokio Hotel». А главный редактор Том Юнкерсдорф продолжил: «Итак: жила-была школьная музыкальная группа, они играли рок, но никто их не слушал. А потом их открыл „BRAVO" — и тут вдруг ребята стали желанными, словно очередные каникулы. Вся Германия говорит о „Tokio Hotel", телевизионные каналы и газеты буквально захлебываются. Все ищут секрет успеха супергруппы. Его „токийцы" открыли только нам. Потому что „BRAVO" для „Tokio Hotel" не просто журнал, как все, — мы ведь верили в них с самого начала!»
Это правда: германский молодежный журнал «BRAVO» открыл «Tokio Hotel» и постоянно с ними сотрудничает. Сначала кажется, что в парнях нет ничего особенного, но при ближайшем рассмотрении впечатление резко меняется: «BRAVO» разместил группу прямо на обложке еще до того, как на прилавках появился их первый сингл. Раньше этот журнал никогда не делал ничего подобного. Потому
что до сих пор не поддерживал никому не известные группы. Обычно для того, чтобы о тебе опубликовали солидную статью, необходимо было занять приличное место в хит-параде.
Инициатором этого столь удачного пиар-хода был заместитель главного редактора «BRAVO» Алекс Гернандт. Именно он 20 июля 2005 г. представил «Tokio Hotel» в рубрике «Дебютанты» (30/2005) следующими словами: «Песни этой четверки потрясают, ребята классные». Таким образом Алекс Гернандт сдвинул с места настоящую лавину, потому что спустя две недели (и два номера журнала «BRAVO») появилась статья о «Tokio Hotel» на целых две страницы, и называлась она «Новая супергруппа!» Пока еще никакого сингла не существовало («Durch den Monsun» выпустили 15 августа 2005 г., а сам альбом пятью неделями позже).
Удивительная история успеха юных магдебургских рокеров продолжалась — при постоянной поддержке «BRAVO». В выпусках 34 и 35 за 2005 г. четыре наших героя уже стали гвоздем программы, их небольшой снимок был помещен на обложке, а в 36-м выпуске «BRAVO» посчитал их достойными первой (анонсируемой на обложке) статьи, за которой последовали многие другие. Апогей эйфории: специальный выпуск «BRAVO», посвященный «Tokio Hotel»
и содержащий без малого 100 страниц (он поступил в продажу в начале октября 2005 г. и весь тираж — 270 000 экземпляров — был раскуплен моментально). А заместитель главного редактора Алекс Гернандт, обнаруживший группу еще в сентябре 2004 г., считается теперь одним из крестных отцов «Tokio Hotel»!
Почему ты всегда верил в «Tokio Hotel» и в их успех?
ГЕРНАНДТ: Когда осенью 2004 г. я первый раз услышал демо-версии песен «Tokio Hotel», я подумал, что солист, чем-то напоминающий Нену, имеет все шансы попасть в хит-парад. А потом мне представилось, что еще три их песни (речь идет о необработанных вариантах «Schrei», «Durch den Monsun» и «Rette mich») имеют абсолютный хитовый потенциал. Потому что «Tokio Hotel» ни на кого не похожи. С самого начала мальчики казались мне очень самобытными.
Как и когда ты впервые общался с «Tokio Hotel»?
ГЕРНАНДТ: Это я могу сказать совершенно точно — 30 сентября 2004 г. Накануне проводившегося журналом «BRAVO» в Берлине супершоу я зашел в фирму «BMG/Hansa», выпускающую диски, чтобы обсудить с ними кое-какие деловые вопросы. Перед самым уходом один
из сотрудников спросил меня чуть ли не между прочим, не мог бы я быстренько прослушать три песни новой группы. Поскольку я всегда открыт для новых талантов, то, конечно же, я решил задержаться. Это оказалась демо-версия группы, которая в то время еще называлась «Schrei». Мне в уши ударили забойные рок-ритмы в стиле «Metallica», а голос исполнителя показался мне вообще явлением из другого мира. Я пришел в полный восторг, о чем и не замедлил сообщить своему коллеге. Он поинтересовался: «Как ты думаешь, сколько ребятам лет?» Я ответил, что они очень молоды, лет по двадцать. Он усмехнулся и заявил, что им от четырнадцати до шестнадцати. Я не поверил: настолько профессионально работала группа.
Потом мне показали фотографии, я сразу же выделил Билла и Тома. Уже в то время у близнецов был свой собственный, привлекающий внимание стиль. Но больше всего меня поразил тот факт, что в данном случае речь шла не о раскрученных марионетках, а о вполне состоявшейся группе, участники которой к тому моменту работали вместе уже четыре года, сочиняли собственные песни и выступали с ними перед публикой. Очень важным было и то, что они по-настоящему дружат и не позволят никому и ничему стать на пути их успеха.
Прощаясь, я попросил коллег держать меня в курсе дела, потому что эту группу (как я считал) можно было задействовать и в «BRAVO», где я не только выполняю функции заместителя главного редактора, но и занимаюсь поиском талантов. Могу сказать, что приложил руку к карьере Сары Коннор, Шакиры, «Juli», Кристины Штюрмео. Но «Tokio Hotel» — особенные. Давно уже ни одна звезда не вызывала подобной истерии...
Как развивались отношения между «Tokio Hotel» и «BRAVO»?
ГЕРНАНДТ: Потом почти пять месяцев я ничего о них не слышал. А весной 2005 г. вдруг неожиданно объявился директор по маркетингу фирмы «Universal», в сотрудничестве с которой не так давно журналу «BRAVO» удалось резко поднять популярность новой группы «Juli». Он договорился со мной о встрече в нашей мюнхенской редакции, потому что хотел показать мне музыку новой немецкой группы из Магдебурга. Услышав про Магдебург, я тут же вспомнил про «Schrei» и спросил, нет ли там братьев-близнецов. Он очень удивился и поинтересовался, откуда я знаю совершенно неизвестную группу. Я, улыбаясь, поведал ему историю, имевшую место в берлинском офисе «BMG/Hansa».
Когда же наконец произошла встреча с «Universal»?
ГЕРНАНДТ: В середине мая ко мне пришли директор по маркетингу и пиар-директор этой фирмы. Они рассказали, как вышли на группу «Schrei». Две крупнейшие фирмы — BMG и SONY — слились и решили от сотрудничества со «Schrei» отказаться. Фатальная ошибка, и выяснилось это буквально сразу. А когда демо-версию показали шефу «Universal» Тому Боне, тот, не колеблясь, подписал договор на выпуск диска магдебургской четверки.
Как произошло переименование из «Schrei» в «Tokio Hotel»?
ГЕРНАНДТ: Название «Schrei» фирме «Universal» сразу же показалось невыигрышным, и после некоторых размышлений появилось новое — «Tokio Hotel», потому что столица Японии, по словам Билла и компании, — их любимый город, хотя пока еще они ни разу там не были.
Ты сразу же сообщил «Universal» о готовности «BRAVO» поддерживать «Tokio Hotel»?
ГЕРНАНДТ: Да, тут же! Музыкальный талант и оригинальность группы представлялись мне очень убедительными. На первой же встрече я подтвердил готовность к сотрудничеству, потому что с самого начала верил, что «Tokio Hotel» ждет успех. Мы пожали друг другу руки и договорились, что «BRAVO» будет первым и эксклюзивным СМИ-партнером группы «Tokio Hotel» во всем, что касается их развития. Я пообещал, что мы тут же дадим этой теме зеленый свет, хотя стопроцентной гарантии, что она заинтересует читателей, конечно, не было.
Как ты действовал дальше?
ГЕРНАНДТ: Сразу после этой встречи я снова и снова проигрывал первый намеченный к выпуску сингл «Durch den Monsun». Так я поступаю всегда, если начинаю интенсивно заниматься новой темой. Для меня «Durch den Monsun» — наряду с «Perfekte Welle»у «Juli», «Symphonie» у «Silbermond» и «Die Welt steht still» у «Revolverheld» — одна из лучших современных немецких песен в аиле рок. Но реакция моих коллег была двойственной. Многим очень понравилось, но однажды прозвучала и такая фраза: «Сделай, пожалуйста, потише, это не песня, а казнь египетская!»
А как развивались дальше отношения «Tokio Hotel» и «BRAVO»?
ГЕРНАНДТ: В начале лета 2005 г. произошла моя первая личная встреча с группой. Это было в мюнхенской студии «Веритон», где ребята исполнили для нас пять своих песен. На эту встречу со мной ходил репортер «BRAVO» Саша Верникке, который должен был заниматься ими в дальнейшем. Выступление показалось мне просто шикарным и еще больше убедило меня в том, что «Tokio Hotel» может стать выдающейся группой.
Потом мы просидели с мальчиками еще больше часа. Так как Билл, Том, Густав и Георг большие поклонники рока, я рассказал им несколько забавных случаев из жизни скромного руководителя репортерского отдела (то есть из моей жизни), когда я регулярно разъезжал с «Metallica», «Guns N' Roses», «Bon Jovi» или Майклом Джексоном. Их это очень заинтересовало, и они просто засыпали меня вопросами.
А потом поведали мне свою мечту: им очень хотелось попасть однажды в супершоу журнала «BRAVO». В конце встречи я сказал: «Наступит время, и в „BRAVO" о вас будут писать столько же, сколько об этих суперзвездах! Полагаю, что в нашем супершоу вы сможете выступить уже очень скоро».
Изменил ли «BRAVO» свою тактику, знакомя читателя с новой рок-группой?
ГЕРНАНДТ: Честно сказать, мы просто сразу подняли планку. За несколько недель до появления клипа мы поместили первый разворот. И хотя до этого момента читатели не могли еще слышать ни одной песни «Tokio Hotel», они все же заинтересовались — их привлек уже сам внешний вид ребят — и засыпали редакцию письмами. Первая реакция оказалась восторженной, и впереди замаячил мегауспех.
Я, конечно, очень рад, что «BRAVO» первым поверил в «Tokio Hotel» и помог продвижению этих дебютантов, которые стали самой успешной немецкой группой всех времен.

0

6

Альбом «Schrei»
Если рок-группа хочет доказать публике, что не является однодневкой, а обладает потенциалом, выходящим за рамки одного-единственного сингла, она должна выпустить альбом. Это касается и группы «Tokio Hotel». Ребята с самого начала мечтали записать «настоящий» диск.
Запись «Schrei», дебютного CD группы «Tokio Hotel», началась летом 2004 г. и закончилась весной 2005-го. Но сам диск появился только 19 сентября того же года, когда наступил самый благоприятный момент (на это время было запланировано первое турне, в ходе которого ребята и намеревались представить альбом «Schrei»). Все песни для своего первого альбома Билл, Том, Густав и Георг писали вместе с продюсерами несколько месяцев. Только текст песни «Leb' die Sekunde» Билл сочинил еще в десять лет.
В первую же неделю альбом «Schrei» вырвался на лидирующие позиции в германском хит-параде — и это в то самое время, когда появились новые диски у «Bon Jovi» и «Rolling Stones». Реакция почти всех средств массовой информации на первенца группы «Tokio Hotel» была положительной. Так, редактор «Кельнер Штадтанцайгер» Маркус Беккер писал: «Перейдем к приятным моментам, поговорим о группе „Tokio Hotel" и их первом CD: начнем с текстов. Свежо. Неожиданные переходы. Этими песнями „Tokio Hotel" затрагивает чувства своих поклонников. Музыканты призывают четко определять свои позиции, высказывать свое мнение: „Кричи до тех пор, пока не станешь самим собой!" Звучит неплохо, согласны? В их песнях есть всё — душевные страдания и настоящие друзья: „Я не я, если рядом нет тебя! "Ах, да... еще и сексуальный опыт, и боль расставания... Восхищена и более взрослая аудитория, которая еще помнит свои 16 лет. Родители не остаются равнодушными, услышав, например: „Мы молоды, мы вышли из детского возраста". Спасибо, это нам нравится. Мы всё поняли. В деталях мы разберемся сами. Теперь нам нужна лишь информация». Журнал «Штерн» лаконичен: «В общем, классные парни!» С восторгом отзывается о CD и «BRAVO»: «Просто потрясающе!»
Если сравнивать «Schrei» с дебютными дисками других групп, то его отличает высочайшее качество всех двенадцати представленных песен, нет ни одной провальной. Так же (что вполне естественно) видит ситуацию и гитарист Том, о чем он поведал журналу «Кельнер Штадтанцайгер» сразу после появления диска: «Мы очень гордимся этим альбомом, тем более что работали над ним достаточно долго. „Durch den Monsun" особенно нам дорог, ведь это наше первое обращение к публике. Это веха на нашем пути. К „Durch den Monsun" у нас личное отношение. Остальные песни для нас, конечно, тоже важны, и над всеми мы работали одинаково тщательно».
Бессчетное количество журналов снова и снова обращалось к Биллу с вопросом, что же вдохновляет его на создание подобных песен, ведь он еще очень юный сочинитель, а создает удивительно серьезные для своего возраста тексты. И Билл постоянно давал один и тот же ответ, например в журнале «SUPERillu»: «Конечно, журналисты были удивлены и не понимали, как пятнадцатилетний мальчик может петь „Leb' die Sekunde", — ведь он пока еще так мало видел в жизни. И каждый раз я возражаю. Я кое-что уже пережил и точно так же, как все остальные молодые люди сегодня, воспринимаю окружающий мир вполне адекватно. И способен выразить свои чувства соответствующими словами. Может быть, поэтому мои песни кое-кому кажутся на удивление взрослыми».
Но давайте повнимательнее рассмотрим альбом и дадим слово самому Биллу. Солист группы подробно рассказал об истории появления каждой песни (в специальном выпуске «BRAVO», посвященном группе «Tokio Hotel»).
1. «Schrei» («Крик»)
БИЛЛ: Мы с Томом всегда выделялись в школе, у нас был свой, особенный стиль, поэтому и учителя, и одноклассники считали нас ненормальными. «Schrei» рассказывает о том, что мы просто не хотим подстраиваться под остальных, а всегда отстаиваем собственное мнение. В песне говорится о давлении на личность, о том, что в повседневной жизни нам иногда все-таки приходится идти на компромисс. Но это совсем не то, к чему мы стремимся. Поэтому иногда мы вынуждены просто кричать, чтобы избавиться от давления на себя. Когда мы поем эту песню, нам удается сбросить с себя агрессивность. Это как обретение свободы. Кроме того, в «Schrei» говорится о желании оставаться самим собой, что очень важно в нашей ситуации. У нас в группе всё довольно просто: если кто-то задирает нос, то получает по полной программе».
Заглавная песня альбома — это мощный зачин: сильные, тяжелые гитарные аккорды в исполнении Тома, пробирающие слушателя насквозь. Густав барабанит так неистово, словно речь идет о жизни и смерти; Георг выпускает пар, управляясь со своей бас-гитарой, а Билл действует в соответствии с названием песни: его исполнение — это некая жгучая смесь из пения и крика — дикого, яростного и неудержимого. Что касается содержания, то этой песней ребята дают понять, что молодые люди не желают принимать мир таким, какой он есть, что в их возрасте вполне можно иметь собавенное мнение и не подстраиваться под других.
2. «Durch den Monsun» («Сквозь муссон»)
БИЛЛ: «Durch den Monsun» рассказывает о том, как страдания из-за любви погружают человека в иной мир. Самые важные строфы песни я написал, когда мы расстались с моей тогдашней подругой. Потом я понял, что отказался от нее напрасно, что мне ее не хватает. «Durch den Monsun» говорит о том, как в другом мире обрести утраченную любовь. Пережив там массу опасных приключений, только чтобы увидеть того, по кому скучаешь. Когда мы с Томом, Георгом и Густавом узнали, что эта песня заняла первое место, мы словно с цепи сорвались. Начали скакать прямо на интервью и непрерывно орали. Трудно было в это поверить. Мы бурно отпраздновали, а потом отметили удачу и со своими продюсерами. Я никогда не надеялся на подобный успех этой песни.
«Durch den Monsun» — полная противоположность монструозной первой песне: тоскливая, грустная и очень романтичная. Билл настойчиво клянется в бесконечной любви, существующей в другом, лучшем мире, по ту сторону реальности. Текст очень поэтичен. Не удивительно, что это самое первое музыкальное обращение «Tokio Hotel» к публике тут же стало хитом.
3. «Leb' die Sekunde» («Живи одной секундой»)
БИЛЛ: Эту песню я написал в десять лет. Были выходные, я сидел дома без каких-либо особых планов. А мне нужно постоянно чем-то заниматься. Я неспособен целый день валяться на диване и ничего не делать. Мне хочется постоянно быть в центре событий. Жить активно, действовать. Сейчас это не сложно: мы наслаждаемся каждой секундой своего успеха. Многие молодые люди за всю свою жизнь не переживают столько, сколько за эти несколько месяцев пережили мы. Мы бываем в разных городах и получаем море удовольствия. Но не всегда легко жить данной, конкретной секундой. Кстати, есть секунда, которую бы я с удовольствием оставил при себе навсегда. Ту секунду, когда мы вышли на сцену в Магдебурге, во время «Stars for Free», а вокруг бушевало 75 000 человек. Когда мы выступали, уже стемнело, это было безумное ощущение: мы видели толпу и слышали, как все нам подпевают.
Эта песня — еще одно свободное падение в водоворот чувств: «Leb die Sekunde» — столь же сильная и мощная, как и «Schrei»; начинается с резких, агрессивных гитарных аккордов, под которые задыхающийся, словно загнанный зверь, Билл вступает в полемику со всем миром, чтобы прийти к выводу, что в жизни ценна каждая секунда, и если мы этого не осознали, то, столкнувшись с рутиной, опускаем руки, а отведенное нам на земле время просто сокращается.
4. «Rette mich» («Спаси меня»)
БИЛЛ: Эта песня — единственная в альбоме грустная любовная баллада. Мне знакомо присутствующее в ней чувство одиночества. Возвращаться туда, где вы были счастливы, в то место, которое будто создано только для вас двоих, — больно, ведь теперь ты здесь без нее. Такие чувства возникают, когда вы перестаете друг друга понимать. Или когда твоя девушка тебя бросает. Безусловно, в Магдебурге есть несколько представительниц слабого пола, которые могут подумать, что я пою про них. Но я еще очень молод, и у меня пока не было особо серьезных отношений. Поэтому на самом деле речь не идет о какой-то конкретной девушке.
«Rette mich» — одна из самых трогательных песен в альбоме «Schrei». He случайно именно она была выбрана для третьего сингла. Здесь голос Билла хрупкий и мягкий, это почти мольба о спасении и избавлении, с которой он обращается к безымянной девушке. Девушке, в которую он когда-то был сильно влюблен и которую сейчас просит дать ему еще один шанс. Потрясающе!
5. «Freunde bleiben» («Остаться друзьями»)
БИЛЛ: В песне «Freunde bleiben» есть строчка: «Лучше быть мертвым, чем Биллом». Такого лично мне никто никогда не говорил, но эта фраза показалась нам забавной. Наверняка так про меня кое-кто думает. Да и я кое про кого тоже. Я люблю эту песню, потому что терпеть не могу показную, фальшивую дружбу. А если люди друг друга не переваривают, то глупо проявлять вежливость и здороваться. Песня адресована паре типов из Магдебурга, которых я не выношу, о чем не раз хотел им прямо сказать. С другой стороны, здорово, что эти люди существуют. Я, как и мой брат Том, очень люблю споры и дискуссии. Нам нравится провоцировать людей. Мы радуемся, если полемика не оставляет нас равнодушными. Мы с Томом заводимся, когда удается подобрать смелые и неожиданные аргументы.
«Freunde bleiben» — это самая дерзкая и откровенная песня альбома «Schrei», великолепное произведение с потрясающим припевом, в котором Билл просит своего воображаемого приятеля больше с ним не дружить. Постепенно слова становятся грубыми, изначальный «дружище» превращается в «задницу в длинных папочкиных трусах». И хотя Билл резко осуждает своего приятеля, слушатель не может избавиться от ощущения, что на самом деле он считает этого парня вполне нормальным.
6. «Ich bin nicht ich» («Я не я»)
БИЛЛ: Это песня о разбитых сердцах. Речь идет о несчастном влюбленном, который, предоставленный самому себе, меняется, потому что чувствует себя неприкаянным. Подобный опыт у меня тоже есть. В тот момент я был вообще никакой, потому что не знал, когда же снова увижу девушку, в которую был влюблен. Я пошел развлекаться с друзьями и не запомнил вообще ничего, потому что мысли все время крутились вокруг нее. Остальные в группе такого никогда не испытывали. Я среди нас единственный, кто уже был влюблен по-настоящему. Кстати, прощального письма, как в песне, я никогда не получал. Сегодня люди переписываются эсэмэсками.
На самом деле к словам Билла из «Ich bin nicht ich» трудно что-нибудь добавить. В каждой строфе — потрясающая глубина чувств, которые он когда-то испытал к своей подруге, — ведь с ней он собирался связать свою судьбу.
7. «Wenn nichts mehr geht» («Когда ничего больше не происходит»)
БИЛЛ: В песне говорится о том, что будет после смерти. Многие утверждают, что я еще слишком юн для подобных мыслей. Я не боюсь смерти. Но, наверное, каждый из нас задумывается, что же будет потом. Нам в семье повезло: у нас еще не умирал никто из близких.
Еще одна из тех навевающих грустные мысли песен, в которых Билл затрагивает тему любви по ту сторону пространства и времени, любви в ином, не нашем мире. Смерть — ненадежный партнер, она в любое время готова отобрать жизнь. Билл считает, что победить ее возможно (если вообще возможно) только с помощью большой, всепоглощающей любви. Но абсолютной уверенности у солиста группы «Tokio Hotel нет, что доказывают его стихи, никого не оставляющие равнодушным.
8. «Lass uns hier raus» («Давай выйдем отсюда»)
БИЛЛ: Текст этой песни посвящен нашей мечте стать знаменитыми. Песня родилась уже в процессе подготовки альбома, когда появилась надежда, что благодаря своей музыке мы сможем прорваться. Тогда мы были счастливы от одной только возможности работать с продюсерами и не раз задавали себе вопрос: «Господи, а что будет, если мы действительно выпустим альбом?» Но суперзвездами мы себя до сих пор не чувствуем, о чем и говорится в тексте. Мы все еще те, кем были раньше. Мы с огромным удовольствием занимаемся музыкой, и нас очень радует, что людям эта музыка нравится. Что касается строчки «Мы группа парней, и нас раскрутили»: про нас всегда ходили такие слухи. Вот над ними мы и смеемся.
Эта песня, как и «Freunde bleiben», подпадает под определение «дерзкая». Группа шутит, смеется над публикой, по-своему интерпретирующей их взлет и их выступления. Ребята иронизируют по поводу раскрученных музыкантов, не причисляя к таковым себя. Одновременно у них достаточно ума, чтобы адекватно относиться к подобным упрекам и не обращать на них внимания. Музыка вполне соответствует тексту: резкая, необузданная, энергетически насыщенная.
9. «Gegen meinen Willen» («Вопреки моей воле»)
БИЛЛ: Эту песню мы написали, потому что подумали, что развод родителей — это важная тема, о которой обязательно нужно спеть. Нас удивило, что к этой проблеме до нас никто не обращался. Как раз в нашем поколении все больше и больше детей из неполных семей, среди одноклассников, да и вообще. Многие не осмеливаются говорить об этом, не готовы рассказать о своем отношении к подобной ситуации, поэтому мы хотели поделиться своими собственными ощущениями. Хотя у нас самих все было не так, как я пою в этой песне. Наши родители щадили наши чувства и очень аккуратно сообщили, что собираются развеаись. Они сделали все от них зависящее. Я далек от мысли, что люди должны сохранять семью только ради детей. Но они обязаны сделать все возможное, чтобы после развода у детей не опустились руки. Отец и мать должны заботиться о своем ребенке. Сейчас мы с Томом уже не страдаем из-за развода родителей. Мы общаемся с тем и другим, тут всё в порядке. Все равно мы до сих пор одна семья, даже если наши родители больше уже не вместе.
В отличие от предыдущей песни, «Gegen meinen Willen» — очень серьезная, с налетом обреченности. Билл обвиняет собирающихся развестись родителей, он подав лен и в то же время сердит. Не удивительно, что звуки гитары очень резкие, а ударные звучат агрессивно, ведь для Билла этот исходящий от ребенка призыв к вознамерившимся расстаться родителям чрезвычайно важен.
10. «Jung und nicht mehr jugendfrei» («Юный, но вышедший из детского возраста»)
БИЛЛ: Каждый хоть раз побывавший на гастролях музыкант знает, что я хочу сказать этой песней. Когда у нас концерты чуть ли не каждый день, нашим менеджерам и организаторам выступлений приходится ох как нелегко. Ведь мы все равно делаем то, что хотим, и не позволяем собой командовать. Это заметно по нашим выступлениям и по тому, как мы выглядим. Иногда это не годится для детей до шестнадцати. Большинство из поездивших с нами хотя бы два дня вынуждены потом отдыхать целых две недели. Именно об этом в основном и идет речь в этой песне.
«Jung und nicht mehr jugendfrei» — это гимн юного поколения. По крайней мере той его части, которая не позволяет собой управлять и не хочет затеряться в серой, безликой массе. То есть тех, кто уверен в себе, дерзок и сексуален. И (как это обычно бывает с гимнами) музыка этого хита захватывает, сразу же хочется подпевать. Современная классика!
11. «Der letzteTag» («Последний день»)
БИЛЛ: В этой песне я задаю себе вопрос, что бы было, если бы человек знал, что сегодня последний день его жизни. В свой последний день я бы хотел еще раз встретиться с дорогими мне людьми. Это очень грустная вещь. Песня появилась, когда я был склонен к депрессии. Я пою: «Если этот день последний, пожалуйста, не говори мне об этом». Не нужно знать, когда именно наступит твой последний день. В своей семье я обязательно хочу умереть первым, чтобы не пришлось переживать их смерть.
Песня, казалось бы, на угнетающую тему (постоянно сопровождающая человека смерть), но она не подавляет слушателя, а наоборот — прибавляет ему сил. Наверное, этой песней Билл хочет сказать, что он свыкся с мыслью, что человек смертен — и он сам, и все его друзья и родственники; он понимает, что против смерти люди бессильны. С точки зрения исполнительской песня звучит сдержанно и производит сильное впечатление.
12. «Unendlichkeit» («Бесконечность»)
БИЛЛ: Эту песню мы с ребятами почти полностью сделали самостоятельно. Она, как и большинство других, появилась в период записи диска. На студии (которая расположена в тихом месте) мы существовали очень спокойно. Летом поливали друг друга из шлангов, а зимой лепили снеговиков. Вообще-то это переделанная под студию бывшая ферма, там мы бывали в разное время года и всегда чувствовали самое настоящее вдохновение. В песне речь идет о том, что можно куда-то поехать, испытать что-то новое и просто плыть по течению. Конечно, я горжусь этой песней, потому что в ней много нашего, личного, но по-настоящему я горжусь всем альбомом в целом. Считаю, что получилось очень хорошо, а ведь для нас это дело пока еще совсем новое. Мы буквально превратились в единый организм, и концерты наши становятся всё лучше и лучше. Наш первый альбом суперский!
Поразительно острая — эта последняя песня дебютного альбома «Schrei». Длительность ее — две с половиной минуты, это и самая короткая запись на диске. Хотя слов в ней немного, настрой весьма оптимистичен: ведь теперь перед этой четверкой действительно бесконечность... И в ней мы услышим бесконечно много новых песен группы «Tokio Hotel».

0

7

Leb die Sekunde»: видеоклипы и первый DVD
В XXI веке молодым группам, которые хотят добиться успеха, нужна не только классная музыка (а у «Tokio Hoteb она есть, и это убедительно доказывает альбом «Schrei») — у них должны быть также интересные видеоклипы. Потому что фанаты хотят не только слышать, но и видеть своих героев.
«Tokio Hoteb невероятно повезло: первый же их клип к песне «Durch den Monsun» с восторгом приняли два крупнейших германских музыкальных телеканала — VIVA и MTV: его поставили в долгосрочную ротацию. Очень радостный факт! Гораздо менее радостными для группы были съемки этого клипа: он был снят летом 2005 г. за один-единственный день, который показался ребятам нескончаемым.
«BRAVO» получил эксклюзивное право присутствовать на съемках и поделился своими впечатлениями в спецвыпуске: «Везде вода: в ушах, в носу, в глазах. Одежда буквально приклеивается к телам парней из „Tokio Hotel". Но если хочешь сделать хороший клип, приходится терпеть.
В конце июня 2005 г. Билл, Том, Густав и Георг снимали под открытым небом на озере в Лойенберге (под Берлином) суперклип к песне „Durch den Monsun". Количество воды поражало (песня названа в честь сильного тропического дождя). В работе принимали участие 25 человек, 15 часов мальчики трудились без перерыва. Особенно тяжело пришлось Биллу. Для одной сцены он 30 минут про-, висел вниз головой на железном шесте прямо над озером. Для съемок другой сцены был вынужден сунуть голову в аквариум с ледяной водой. К счастью, в команде был визажист, который регулярно поправлял грим и прическу. „Работа была очень напряженной, но доставила колоссальное удовольствие", — сказал Билл. Для поддержания сил были припасены шницели с картошкой, а еще горы сладкого и фруктов. На вопрос, что показалось Биллу особенно неприятным, он ответил: „Запах! Снимали рядом со свинарником, там стояла такая вонь!"»
О том, как проходили съемочные работы, рассказывает редактор «BRAVO» Саша Верникке (34/2005): «В день съемок Билл совсем выбился из сил, спал всего час, да еще и промок до нитки, потому что его поливали из машины, имитирующей дождь. И тем не менее перед камерой он старался вовсю. Накануне ребята выступали до позднего вечера, но съемки начались уже в семь часов утра. На хныканье времени не оставалось: к вечеру клип нужно было закончить. Стилист пудрит ребятам носы: пот просто течет, потому что очень душно. Хорошо, что режиссер Сандра задействует (в полном соответствии с названием песни) большое количество воды. Так что уже через полтора часа „токийцы" промокли до нитки».
Через пару недель после работы над клипом на интернет-портале Spiegel Online все еще пребывающий в нервическом состоянии Билл жаловался: «Видеосъемки были ужасны! Мы же абсолютные „домовики" (так мы называем людей, которые терпеть не могут то, что называется девственной природой). Мы с Томом с большим удовольствием проводим время в городских домах, вместо того чтобы ходить на прогулки или жить в палатке. А видеосъемки к „Durch den Monsun" требовали именно любви к природе: под открытым небом я где-то в Бранденбурге мок под дождем и пел — отвратительно. С восьми утра до одиннадцати вечера — сплошная трава и животные, до самого горизонта ни одной асфальтированной дороги. Мы с менеджерами долго спорили, потому что непременно хотели снимать клип в городе. Оказалось, что для муссона не подходит ни один город».
Труды увенчались успехом, в том числе и благодаря видеоряду: на первой же неделе после появления клип «Durch den Monsun» стал в чатах номером один. Не удивительно, что было принято решение сделать яркий клип и для второго сингла, «Schrei». Это удалось: благодаря особым оптическим эффектам и своей эстетике клип к «Schrei» тоже выгодно отличался от пустых, сделанных в спешке работ других молодых групп.
Сотрудник «BRAVO» Саша Верникке снова получил эксклюзивное право присутствовать на съемках; свои восторги он выразил следующим образом (45/2005): «Низкие басы, орущие гитары. На вилле 50-х годов в фешенебельном берлинском районе Груневальд начинается рок-концерт года: зажигает группа „Tokio Hotel"! Билл, Том, Густав и Георг снимают клип к рок-хиту „Schrei", телепремьера которого прошла 25 ноября 2005 г. Присутствует 75 фанатов. Они не контролируют себя, кричат: „Билл, Билл!" Певец с разбегу бросается в толпу. Ему навстречу тянутся руки — фанаты подхватывают своего кумира. Звучит припев — фанатов уже не остановить: они раскачиваются, танцуют. Теперь Билл и его товарищи заводятся по-настоящему. Здесь, в гостиной, они начинают крушить мебель. Буйный апофеоз: мальчики разбивают собственные инструменты! Том пинком скидывает с лестницы усилитель, а потом раскалывает гитару. Густав раскурочил ударные, бас-гитара Георга разлетелась на кусочки. А ведь она была изготовлена для него по специальному заказу! Может быть, поэтому он выражает опасение: „Теперь я наверняка попаду в ад".
Фанаты от происходящего в восторге, они совсем теряют над собой контроль. Но Цаки, двухметровый охранник группы, не спешит вмешаться. Потому что настроение не агрессивное. Из напитков в наличии только вода и „Ред Булл" — алкоголь под запретом. „Крутой клип! — радуется Том. — Самое клевое, что снимали без всякого сценария. Просто мы устроили вечеринку и смотрим, что тут происходит". И кое-что действительно происходит: трое из „токийцев" получают травмы. Георгу попали камерой в глаз, Густав доигрался до того, что у него начинает кровоточить рука, Том поранил палец. Но это не мешает им веселиться дальше.
Тем временем в разгуле задействована уже вся вилла. Обжимаются парочки — даже девчонки целуются! В маленькой комнате на первом этаже „токийцы" находят кровать, бросаются на нее и начинают болтать о девушках. Всем им особенно понравилась одна: они обсуждают ее шутливо и восторженно одновременно.
Но любая, даже самая сумасшедшая, вечеринка не может длиться вечно: к концу съемок — поздно вечером — от виллы остаются одни руины. На полу обрывки бумаги, пустые банки, покореженная мебель и разбитые инструменты. К счастью, дом все равно идет на снос...» На съемки клипа «Schrei» пригласили очень небольшое количество фанатов группы «Tokio Hotel». Среди избранных оказалась и девушка, ведущая фанатский сайт; свои впечатления она описала следующим образом: «Прежде чем отвезти нас в Берлин-Шпандау, у нас проверили удостоверения личности. Потом мы ждали автобус, который доставил статистов к месту съемок (его держали в секрете). По дороге нам рассказали, что именно будет происходить. Весь день нас сопровождала целая команда операторов, которым было поручено задокументировать происходящее. Снимать они начали еще в автобусе, благодаря чему многие из нас перестали бояться камеры. На месте нам коротко представили группу, и вскоре начались съемки. Чтобы согреться, первой снимали сцену в гостиной. Клип — буйная вечеринка на вилле — должен был быть черно-белым. „Tokio Hotel" изображали выступающую на этой вечеринке школьную группу. Гости веселятся, и как-то так получается, что разносят виллу в пух и прах. Мы с подругой танцевали на усилителях Георга. Повсюду валялись пивные банки, окурки, клочки бумаги... В общем, бардак. Было множество дублей, возбуждение все нарастало, каждая сцена получалась все лучше и лучше... Мы просто сходили сума и дичали. Небольшие перерывы — меняли положение людей, камер... А мы дождаться не могли, когда закончится пауза. Приятнее, чем сами съемки, была возможность общаться с группой. После обеда перешли к, съемкам отдельных эпизодов. Мы использовали любой момент, чтобы поболтать с „токийцами", кое-кто просил автографы, фотографии.
Мало кто из статистов был знаком между собой раньше, но уже скоро мы почувствовали удивительную близость: мы вместе работали. Помогали друг другу и всё делили на всех — это значительно упростило процесс съемок. К вечеру было отснято очень много чрезвычайно веселых, эмоционально ярких сцен. Мне лично больше всего нравится сцена на галерее в гостиной — вот уж где мы получили право разгуляться и переломать всё вокруг! Рвали книги, били лампы, ломали рамы от картин, лили пиво. Особенно повезло креслу: его швырнули с галереи вниз. Хорошо, что до этого режиссер всех предупредил об осторожности.
Когда съемки были закончены, нам пришлось подождать, пока команда разбирает свои установки. „Tokio Hotel" устроили небольшой концерт исключительно для статистов, что привело нас просто в щенячий восторг. Они исполнили „Schrei", „Durch den Monsun", „Leb die Sekunde", „Freunde bleiben" и „Wenn nichts mehr geht". Все веселились и подпевали. А потом мы еще успели поговорить с группой и сфотографироваться. Великолепный день!»
Клип «Schrei» тоже стал невероятной удачей «токийцев». Так стоит ли удивляться, что клип к третьему синглу, «Rette mien» (сингл вышел 10 марта 2006 г., а видео к нему было показано на VIVA и MTV несколькими неделями раньше) тоже был включен в долгосрочную ротацию, так же, как и два предыдущих. И снова «BRAVO» получил эксклюзивные права: на съемках присутствовал Саша Вер-никке.
На этот раз он был буквально потрясен, и не удивительно, потому что клип «Rette mien» — на самом-то деле пока что лучшая работа группы «Tokio Hotel»: «Бьет наповал! Сенсация! Восторг! Новый клип группы „Tokio-Hotel" — это мегауспех, — не скупился на похвалы «BRAVO» (09/2006). — Стены приходят в движение, появляется лицо. Лучи света, мрачные клочья тумана. Третий клип еще круче, чем первые два. Место съемки — остров. Старая студия в берлинском районе Шпандау. Изнутри льется зеленоватый свет. Билл, Том, Густав и Георг наготове, они полностью сосредоточены. „Для сингла мы записали песню совсем по-новому", — поясняет Том. Если говорить коротко, то здесь другое звучание струнных, а голос Билла более глубокий. Теперь песня звучит еще более впечатляюще, чем в альбоме, в ней появилось нечто мистическое. А может быть, даже и магическое. Видеоряд соответствует звучанию: Билл в своей знаменитой футболке с черепом в какой-то мрачной дыре. Тусклый свет пробивается через крошечное окно. Раковина, из которой течет вода. И вдруг от стены отделяется лицо. Билл кричит. Сума сойти! Это помещение было оборудовано специально, в соответствии со строчкой „Впервые один в нашем тайном месте". Билл медленно крадется между декорациями. Чуть позже ребята начинают играть. Они выкладываются так, как будто играют в последний раз. „Такие съемки действительно доставляют удовольствие", — в полном восторге от этого налета таинственности высказался Георг. Остальным тоже очень нравится мистическая атмосфера. Это чувствуется и по клипу: просто магия какая-то!»
Клип к «Rette mich» был сделан в начале февраля, сразу же после того, как Билл появился с новой прической. Теперь он смотрится еще более хрупким, еще более грустным, то есть оптимально подходит для трогательной, полной тоски баллады. Очередной клип снова превратился в грандиозный успех наших героев из Магдебурга!
Что касается успеха: после того как первый сингл группы «Tokio Hotel» (так же, как и дебютный альбом) сенсационно занял первое место в хитах, продюсеры «Tokio Hotel» должны были что-то придумать, чтобы дать фанатам четырех парней новый материал о любимых героях. В результате 2 декабря 2005 г. в продаже появился DVD «Let/ die Sekunde» — успех феноменальный! В DVD-чатах он моментально перебрался на четвертое место. А ведь это не просто музыкальные DVD-хит-парады, а общие, в которых обычно побеждают игровые фильмы.
DVD «Leb' die Sekunde» — это визуальное воплощение космического взлета молодой магдебургской группы, которая, без сомнения, доказала, что она не из тех, чья карьера заканчивается, едва успев начаться. Серебряный диск содержит наряду с эксклюзивным закулисным материалом подборку первых студийных записей, — в общем, личная жизнь «Tokio Hotel»! Там есть нигде доселе не публиковавшиеся фотографии, выступления на телевидении и оба видеоклипа: «Durch den Monsun» и «Schrei». Особый подарок для фанатов — рубрика «20 вопросов от поклонников»: благодаря официальному веб-сайту группы «Tokio Hotel» у фанатов был шанс задать ребятам свои вопросы. И в течение суток их было послано несколько тысяч.
На 20 самых интересных Билл, Том, Георг и Густав ответили лично и очень подробно. Это тоже задокументировано на «Leb' die Sekunde».
В меню DVD есть возможность выбрать любую из семи позиций. В рубрике «Jung und nicht mehr jugendfrei» можно увидеть одно из первых интервью 2004 г., которое ребята дали уже в качестве группы «Tokio Hotel», записано оно на забавно дергающуюся камеру. «Schrei» предлагает впечатления от концерта «Stars for Free» 2005 г. в родном городе ребят, Магдебурге, а также от концерта в Потсдаме, посвященного Дню объединения Германии (тоже 2005 г.). В разделе «Freunde bleiben» можно пронаблюдать, как создавался потрясающий клип «Schrei» на вилле в берлинском Груневальде. Раздел «Durch den Monsun» содержит уже упоминавшиеся выше 20 отобранных фанатских вопросов и ответы Билла, Тома, Георга и Густава. Ребята говорят свободно, открыто, часто с юмором, иногда и очень серьезно, но самое главное — всегда искренне. Они ничего не скрывают, и поклонники «Tokio Hotel» ценят это. «Unendlichkeit» предлагает впечатления от «The Dome», проходивших в Эрфурте, и присуждения премии «Comet 2005» в Оберхаузене. И наконец, «Lass uns hier raus» открывает настоящую галерею фотографий четырех героев.
Оба клипа (к «Durch den Monsun» и «Schrei») можно поста-вить в режим постоянного повторения.
Несмотря на относительно короткое время, имевшееся в распоряжении создателей DVD, работа удалась. Зритель получает полное представление от бешеной карьеры «токийцев».
На появление диска фанаты отреагировали восторженно. Некоторые уже в январе 2006 г. признавались, что с удовольствием прослушали диск несколько сотен раз, другие гордятся тем, что знают наизусть целые пассажи из ответов «токийцев» на заданные во время интервью вопросы. Но главной оставалась фраза: «Благодаря этому диску мы еще больше знаем о том, как живут ребята, так что теперь они стали нам чуточку ближе».
Именно к этому в первую очередь и стремились музыканты «Tokio Hotel», выпуская «Leb die Sekunde». Так что DVD оказался еще одной вехой в их пока недолгой, но уже легендарной карьере.

0

8

Мы — «Tokio Hotel»: Билл, Том, Густав и Георг
Билл — мягкий бунтарь
Билл родился в Лейпциге 1 сентября 1989 г. под знаком Девы, сразу же за своим братом-близнецом Томом, и тут же оба отправились в «турне», потому что семья переехала в Магдебург. В 1997 г., когда братьям было по восемь лет, они двинулись дальше, в маленькую деревеньку Лойче, в 15 километрах от Магдебурга. Причиной переезда было начало новой жизни. Симона Каулиц, мама близнецов, рассталась с отцом своих сыновей, водителем грузовика, когда Биллу с Томом было по шесть лет.
Об этом событии Билл написал в «BRAVO» (4/2006): «Сначала, как только родители развелись, нам пришлось очень трудно. Было странно, что папа больше уже не живет с нами. В то время я чувствовал себя ужасно. Но теперь это для меня не проблема, потому что сейчас я всё понимаю гораздо лучше. Хуже, когда родители продолжают сохранять семью только ради детей».
Вскоре Симона Каулиц познакомилась с Гордоном Трюм-пером, они полюбили друг друга и поселились все вместе в маленьком домике в деревне Лойче. Так семья Каулиц превратилась в семейство Каулиц-Трюмпер.
Гордон Трюмпер — гитарист, он играет в рок-группе, дает уроки игры на гитаре и владеет небольшой музыкальной школой, в которой предпочтение отдается року. Он очень много времени уделял Биллу с Томом, именно он сблизил их с музыкой, о чем и поведал магдебургскому журналу «ДЭЙТс» в декабре 2005 г.: «На самом деле я старался быть для них вроде старшего брата. Свой музыкальный стиль они нашли совершенно самостоятельно. Заниматься они начали очень рано, часто репетировали в моей музыкальной рок-школе. Но я думаю, что сумел передать им страстную любовь к музыке. И это останется у Билла и Тома навсегда».
Так что братья Каулиц уже в семь лет задались вопросом, как же делают музыку. Билл пел песни на свои стихи, Том взялся за гитару, обоих тянуло на сцену.
Можно сказать, что карьера началась, когда лет в девять они начали выступать со своими песнями на конкурсах в Магдебурге и его окрестностях, на школьных и деревенских праздниках. Да везде, где только представлялась возможность. В интервью для tokiohotel-fenclub.de (7 августа 2005 г.) Билл рассказывал, что занялся вокалом, с одной стороны, потому, что так и не смог освоить ни одного музыкального инструмента, с другой стороны (и это главное) — потому, что ему всегда больше нравилось петь собственные тексты.
С десяти лет у мальчиков начались настоящие уроки музыки, предстояло отшлифовать их талант. Постепенно становилось понятно, что Билл с Томом целенаправленно движутся в сторону профессиональной музыкальной карьеры. Да и распределение ролей было четким: Билл пел, а Том аккомпанировал, держась на заднем плане. Билла тянуло на сцену, к свету рампы даже больше, чем брата, хотя и тому тоже была нужна публика. В «BRAVO» (40/2005) Билл так ответил на вопрос о своих детских желаниях: «Мне всегда хотелось стать певцом и попасть на страницы журнала „BRAVO"».
Билл постоянно оттачивал свои способности. В чате kindercampus.de осенью 2005 г. он сообщил: «Три года назад мне давали уроки танцев, потому что я думал, что это имеет решающее значение для моей карьеры. Правда, занимался я не слишком интенсивно». И даже когда он уже репетировал песни группы «Tokio Hoteb в студии и развивал свои музыкальные данные, работая с профессиональными продюсерами, ему хотелось большего. Он даже записался на курсы игры на фортепьяно, именно для того, чтобы лучше писать песни. Правда, позаниматься так и не сумел, потому что колоссальный успех группы «Tokio Hoteb лишил его надежды выкроить на это время.
Как в дуэте с Томом, так и позже в «Devilish» благодаря своему статусу солиста, всегда находящегося в центре внимания, Биллу было легче искать новые пути. В 2003 г. он параллельно с работой в группе принял участие в первом выпуске телешоу «Star Search Kids» телеканала Sat 1 в категории «Музыканты от 10 до 15 лет». В журнале «Попкорн» (12/2005) Билл рассказывал, почему он это сделал: «Вобщем-то, я просто поспорил, а кроме того, мне хотелось завязать полезные для нас контакты».
В конкурсе «Star Search Kids» он не представлял собственных песен, а пел уже известные. Билл дошел до восьмой части финала, где выступил с «It's Raining Men», самым известным хитом группы «Weather Girls». На этом для Билла все закончилось, он проиграл одиннадцатилетнему рэпперу. Сегодня, говоря об этом, он морщится: «Вспоминать само выступление мне неприятно, но это тоже был я». Сейчас подобные конкурсы он, как и вся группа, ни во что не ставит.
Попасть в одну упряжку с раскрученными музыкантами типа «Overground» или Александера он не хочет.
Зато он высоко ценит самостоятельно сделанную музыку. Его фаворитами являются «Green Day», «Metallica», «3 Doors Down» и «Korn», а также, конечно, Нена, которой он увлечен аж с шести лет. Именно на ее концерт он ходил в первый раз, да и первая пластинка, которую он купил, тоже была ее. Нена познакомилась с ребятами из «Tokio Hoteb на награждении «Comet» 6 октября 2005 г. за кулисами. Билл был счастлив, от этой встречи он пришел в полный восторг. В специальном выпуске VIVA, посвященном группе, он сказал: «Этого момента я ждал очень долго».
На всех важных этапах пути в мир музыки Симона Кау-лиц-Трюмпер и Гордон Трюмпер активно поддерживали Билла и Тома. Ведь они, как выразился Билл в интервью для «Попкорна» в сентябре 2005 г., «ненормальные родители», наверное потому, что к миру искусства имеет отношение не только отчим Гордон Трюмпер, но и сама Симона, которая занимается дизайном одежды. Билл писал о ней («BRAVO», 4/2006): «Я рад, что у меня такая мама. Она очень важна для меня. Она постоянно поддерживала нас с Томом. И во всем, что касается музыки, тоже (а может, даже и больше всего в том, что касается музыки)! Раньше она возила всю группу на выступления. Это было круто, хотя дома все равно существовали определенные требования и запреты, Но не запредельные».
Дальше Билл рассказал, что даже бабушка и дедушка помогали братьям: «Бабушка и дедушка с маминой стороны до сих пор самые большие наши поклонники. Они записывают все, что показывают про нас по телевизору, и покупают все номера „BRAVO"! Им я всегда мог доверять».
Поддержка семьи была крайне необходима ребятам, потому что с восьми лет они жили в местечке Лойче, где обоих мальчиков считали людьми с другой планеты. У них были крутые шмотки, Билл пользовался косметикой, оба укладывали волосы.
Об этом тяжелом времени Билл вспоминает в газете «Зюддойче Цайтунг» от 20 февраля 2006 г.: «Мы выглядели совсем не так, как выглядят ребята нашего возраста». А в девять лет мальчишки начали играть собственную рок-' музыку, что было уж и вовсе немыслимым для их ровесников в Лойче: «Ребята там собирались, чтобы играть в мишек-гамми. А мы с Томом репетировали».
Ходить в школу близнецы Каулиц изначально не имели никакого желания. В спецвыпуске «BRAVO», посвященном «Tokio Hotel», Билл вспоминает начало своей школьной жизни: «В первый день я страшно радовался из-за пакета с подарками. Но уже на следующий день мне хотелось никогда больше туда не возвращаться». Со временем ситуация, по словам Билла, ухудшилась («BRAVO», 4/2006): «От школы меня тошнило. Но без всей этой тягомотины в жизни трудно чего-нибудь добиться. Поэтому я туда все же ходил».
Свою нелюбовь к школе Билл с Томом демонстрировали, постоянно мешая на уроках: болтали и с детства осмеливались спорить с учителями. Своими прикидами и необычными прическами они выделялись среди других и уже в начальных классах столкнулись с полным неприятием: сотрудник школы им. Вернера Зееленбиндера в Цилице (деревне, расположенной в двух километрах от Лойче, где близнецы учились в четвертом классе) вспоминает («Попкорн», 3/2006): «Когда я увидел расхристанных ребят с длинными волосами, то сразу спросил, кто они — мальчики или девочки. Господи, они постоянно что-то вытворяли! Я часто видел, что они болтаются по коридору, потому что их в очередной раз выгнали с урока».
Но и одноклассники нередко искоса посматривали на братьев Каулиц. В журнале «Шпигель» от 28 сентября 2005 г. Билл вспоминал, что им приходилось несладко: «Некоторые сразу же стали считать нас придурками, особенно если речь шла о моем внешнем виде. Ясное дело, из-за этого к нам часто приставали. Но я плевать на это хотел, на школьном дворе над нами часто смеялись, считая, что мы не от мира сего». Из-за музыки тоже были проблемы с одноклассниками: «Недружелюбие существовало с самого начала: с тех пор как мы с братом стали делать музыку, нам многие начали завидовать».
Эта зависть усилилась, когда Билл с Томом в 2005 г. пришли в десятый класс в гимназию Курфюрста Иоахима Фридриха в Вольмирштедте, недалеко от Магдебурга. Несмотря на отвращение кучебе, средний балл Билла был довольно высоким^ него даже было несколько любимых предметов: немецкий, искусство и этика. А вот математику, французский и физкультуру он просто терпеть не мог.
В гимназии вражда обострилась. Естественно, при таком неприятии Билл с Томом нередко пропускали занятия или просто балбесничали на уроках. Родители одноклассников жаловались на близнецов, и однажды мама по-настоящему рассердилась на братьев (что бывало крайне редко), как поведал Билл в «BRAVO» (4/2006): «Однажды она очень расстроилась и обиделась. Это произошло после родительского собрания в школе. Тогда многие родители жаловались на нас с Томом. И даже хотели забрать своих детей из класса! Маме это, конечно, не понравилось. Но родители других ребят были самыми настоящими обывателями. Они просто не могли нас понять. Потому что по вечерам нам разрешалось поздно приходить домой. И это было просто здорово! Но я никогда этим не пользовался, никогда не приходил домой пьяным, не было никаких похмельных синдромов».
В седьмом классе близнецов разделили, потому что (как признавался Билл: «BRAVO», 37/2005) с двумя одновременно учителя справиться не могли: «Мы учились в разных классах, потому что практически не представлялось возможным дать отпор нам обоим, если мы вступали в спор на пару».
Увлекающиеся роком близнецы редко заводили друзей в школе. Билл рассказывает («BRAVO», 4/2006): «В школе у нас с Томом был всего один настоящий друг, Андреас. Общаться с остальными не хотелось. Все они просто честолюбивые выскочки. К тому же они в один голос называли меня чокнутым бездельником».
После свалившегося на группу «Tokio Hotel» потрясающего успеха именно с Андреасом Билл и Том на перемене искали убежища в кафетерии. Став знаменитыми, они были вынуждены выслушивать от одноклассников еще большее количество гнусностей, чем в то время, когда они просто были не такие как все и занимались музыкой. Конечно, кое-кто ими восхищался, но основным чувством была зависть.
Причины этой зависти Билл поясняет в журнале «BRAVO» (41/2005): «Мы очень нравимся девушкам». И еще: «В школе теперь уверены, что мы богаты. Просят принести шампанского и считают, что я должен снабжать их деньгами!»
На самом деле к моменту своего первого успеха мама давала им ровно 50 евро на карманные расходы. Но, судя по словам Билла, даже учителя не могли обойтись без комментариев. Так в «Попкорне» (сентябрь 2005 г.) он признался: «С учителями у нас острейшая проблема, потому что им не нравится наш стиль. Иногда они говорят что-нибудь типа: „Голова дана не только для шикарных волос"».
Успех группы «Tokio Hotel» все рос — ситуация все более обострялась. Дошло до того, что некоторые одноклассники стали носить футболки с надписью: «I will kill Bill und den Rest der Fuckband auch!» («Я убью Билла и остальных членов этой дерьмовой группы). В «BRAVO» (41/2005) Билл очень хорошо высказался по этому поводу: «Невероятно творческая идея. Приходится пережить и это, если выглядишь как мы с Томом да еще и делаешь музыку». Тем не менее Билл с Томом понимали, что ситуация становится крайне напряженной.
К тому же группа постоянно уезжала на концерты, для съемок на телевидении, на фотосессии и интервью, уроки приходилось делать в автобусе. Быстро выяснилось, что турне «Schrei 05» нельзя закончить к концу года, потому что оно имело невероятный успех. Поэтому «Tokio Hotel» решил продолжить выступления в 2006 г., — следовательно, делать то и другое одновременно (быть рок-звездами и нормально учиться) не представлялось никакой возможности. Так что осенью 2005 г. все четверо взяли на год освобождение от школы. И с того момента они при каждой возможности занимались частным образом, чтобы потом не пришлось нагонять слишком много и не оторваться от учебного процесса окончательно.
К зависти, вражде и массе отвратительных ситуаций Билл относится довольно спокойно: «Мне стало абсолютно все равно, сейчас я выше этого!» («BRAVO», 4/2006).
В качестве солиста «Tokio Hotel» Билл постоянно находится в центре внимания, и благодаря своей харизме этот таинственный мягкий бунтарь покоряет всех. Его знаменитая прическа «манга» с опущенной на лицо прядью, его подведенные черным красивые карие глаза, покрытые черным лаком ногти и нежные черты лица притягивают к нему взгляды девушек, превращая его в кумира, хотя У каждого из участников группы есть собственная группа поклонниц.
Этот его необычный имидж родился еще в 2001 г., о чем Билл рассказал в «Шпигеле» 28 сентября 2005 г.: «Однажды на Хеллоуин я нарядился вампиром, и мне понравилось ходить в черном, красить ногти и глаза».
Его любимый цвет — оранжевый, но однажды ему захотелось отдать предпочтение черному, так что именно в этот цвет он покрасил свои светлые волосы и создал себе яркий фирменный знак: прядь «манга». Идея такой прически сформировалась постепенно. После Хеллоуина он начал с помощью геля делать пряди. Показалось, что получилось классно, так что он их оставил, а потом придумал опустить одну из них на лицо.
В двенадцать лет он сделал пирсинг на бровь. В четырнадцать появился пирсинг на языке, затем должны были последовать еще два. Все это происходило с согласия родителей. Кроме того, в конце июня 2005 г. Билл сделал на затылке татуировку — логотип группы «Tokio Hotel»: круг и буква F с третьей палочкой.
Билл тратит на свою внешность достаточно много времени. По часу, а то и больше, особенно если вечером куда-то собирается. Чтобы привести себя в порядок с утра, он встает довольно рано, о чем и рассказал в спецвыпуске «BRAVO»: «Нанести макияж, покрасить волосы, сделать прическу, покрыть лаком ногти — на все это требуется время». Для волос Билл использует кокосовый воск и лак.
Кроме того, Билл придает большое значение одежде. Ему нравятся необыкновенные вещи, о чем он и рассказал в своем интервью для tokiohotel-fanclub.de. Он признался, что является большим поклонником оригинальных вещей из секонд-хэнда. Он любит покупать одежду, покупает ее много и тратит на нее большие суммы. «Поэтому к концу месяца у меня не остается денег», — признался он в интервью журналу «BRAVO» (37/2005).
Не обнаружив ничего подходящего, Билл не унывает и садится шить сам. Этому его научила мама (напомним, что она дизайнер одежды). Постепенно это превратилось для него в настоящее хобби. Так, например, с помощью мамы он сшил себе несколько брюк. Иногда это единственный выход, потому что при росте 177 сантиметров он весит 53 килограмма, то есть довольно худенький, даже самые узкие футболки ему приходится ушивать. Кстати, Билл не исключает, что в один прекрасный день мог бы стать модельером, если вдруг в «Tokio Hotel» что-нибудь разладится.
Своим внешним видом, так же как и своей музыкой, Билл доказывает, что у него богатая фантазия. В конце концов, именно он является креативным лидером группы «Tokio Hotel», потому что сам пишет тексты песен. Это у него получается, ведь он умеет наблюдать и отличается чувствительностью или, как он сам высказался в «BRAVO» (37/2005): «У меня в голове крутится много мыслей обо всем на свете».
При этом он любит бывать один («BRAVO», 04/2006): «Для меня никогда не было проблемой побыть одному. Наоборот! В детском саду у нас были маленькие домики и укромные уголки, куда можно было забраться с друзьями. Мне это уже тогда не нравилось. Гораздо больше мне хотелось на целый день остаться дома». А так как Билл действительно с удовольствием проводит время у себя дома, то и называет себя «домолюбом».
Для Билла важно выплеснуть все, что его волнует, о чем он размышляет, все свои чувства, надежды и чаяния, то есть предъявить себя как личность. Это ему удается в первую очередь в музыке, но не только. Есть еще множество интервью, которые успела дать и еще даст группа «Tokio Hotei». При этом вопросы чаще всего обращены именно к Биллу как к солисту. Но он относится к этому совершенно спокойно, потому что любит рассказывать и с удовольствием вступает в дискуссии. Он говорит уверенно и четко дает понять, что делает только то, чего хочет, иногда, правда, уходя далеко в сторону, о чем и рассказал в «BRAVO» (40/2005): «Я самый настоящий эгоист. Лучше бы я научился не думать первым делом о самом себе». Сильную волю и наличие головы на плечах Билл продемонстрировал, появившись в конце января 2006 г. с новой прической: он просто уничтожил свой фирменный знак -— прическу «манга». Свои крашеные черные волосы Билл вдруг стал носить полудлинными и с большим количеством прядей вместо той единственной, которую раньше опускал на лицо. К новой прическе добавились и новые аксессуары: у Билла появились очки со стразами, пояс с большими заклепками и пряжкой в форме черепа. Свое решение он объяснил предельно просто: «Мне всего-навсего захотелось измениться».
Для него все легко, не то что для поклонников. Те раскололись на два лагеря: одни не приняли его новую прическу (тем более что многие из них привыкли носить волосы а-ля Билл). Другим новый его вид показался классным, потому что теперь солист «Tokio Hoteb стал выглядеть старше.
Несмотря на громкие протесты, Билл не позволил сбить себя с толку. Он сохранил свой новый имидж, настоял на своем, и постепенно даже самые критичные фанаты приняли измененную внешность Билла. По-прежнему он и «Tokio Hoteb — группа номер один.
Что касается группы, то Билл — абсолютно «командный» человек, и «Tokio Hotel» для него вообще самое главное. В интервью для tokiohotel-fanctub.de, отвечая на вопрос, что для него важнее, любовь или группа, он сказал, что группу он всегда ставил выше любви. Он бы с удовольствием обзавелся подругой, но музыка забирает его настолько, что для этого просто не остается времени, как и для многого другого, что нравится Биллу: он любит кино и в восторге от таких фильмов, как «BarfuB» («Босиком») с Тилом Швайгером и «Mr. & Mrs. Smith» со своими любимыми актерами Анжелиной Джоли и Брэ-дом Питтом.
Чтобы расслабиться, он смотрит телесериал «Друзья». Если вдруг выпадает свободный вечер, он устраивает вечеринки или отправляется ужинать с друзьями, желательно в ресторан фаст-фуд или куда-нибудь, где подают его любимую еду (пиццу и запеканку из вермишели).
Но большую часть времени Билл проводит в разъездах вместе с Томом, Густавом и Георгом, с которыми прекрасно ладит. На чате kindercampus.de Билл признался: «Да, иногда мы спорим. Это тоже важно». Но все вопросы улаживаются очень быстро.
В качестве девиза Билл выбрал название своей песни «Leb' die Sekunde» — именно этим они с товарищами и занимаются. С ними Биллу всегда весело, они любят подурачиться. Для ребят их друг и коллега Билл — надежный человек. Сам он считает это качество наиболее сильной чертой своего характера. Он тесно связан с музыкантами группы, причем Георг и Густав — его лучшие друзья; с братом Томом их, естественно, объединяет гораздо большее. С ним он делится всеми своими тайнами. Иногда кажется, что они связаны телепатически, о чем Билл сказал в интервью «BRAVO» (37/2005): «Часто Том говорит то, что я только что собирался сказать. Если я на него смотрю, то точно знаю, о чем именно он сейчас думает».
Ссоры бывают крайне редко: «Хорошо, что на многие вещи мы смотрим одинаково, так что ссоримся не часто. Но бывает, что и деремся. А если кто-нибудь встревает, то мы уже вместе набрасываемся на него». Билл мало что готов критиковать в Томе, о чем и сказал в «BRAVO» (4/2006): «Единственное, что мне в нем не нравится, так это его повадки мачо. Правда, его стиль тоже не по мне. Но главное, его самого все устраивает».
Билл признается («BRAVO», 37/2005), что Густаву и Георгу не очень-то легко из-за того, что они с Томом всегда заодно: «В споре Густаву с Георгом иногда трудно управиться с нами двоими. Но мы стараемся не усугублять ситуацию. А они знакомы с нами уже давно и реагируют на всё достаточно спокойно».
Если у Билла плохое настроение, тут же появляется Том. То, как они заботятся друг о друге, иллюстрирует история, которую описал Билл («BRAVO», 4/2006): «Однажды я на неделю угодил в больницу. Вообще-то ничего страшного: какая-то мошка укусила меня в ухо, и началась аллергия. Мне очень понравилось, что Том приходил каждый день. Он удивительно добрый, настоящий брат!»
Билл с Томом почти все делают вместе, будь то музыка, вечеринки, школа. А еще они вместе выбирали собаку (совершенно неожиданное решение со стороны Билла, потому что у него есть определенные проблемы с животными). В «BRAVO» (40/2005) на вопрос, чего он боится, Билл ответил следующим образом: «Животных и природы. Жучки, паучки... брррр!» А еще он рассказывал («BRAVO», 4/2006): «Однажды я попытался ездить верхом, хотя очень боюсь лошадей. К счастью, ничего не случилось». Исключение составляют кот Казимир и Скотти, помесь Лабрадора и добермана, которого близнецы вместе взяли в приюте для животных.
Том, Густав и Георг всегда готовы подставить плечо своему солисту Биллу. Никакой зависти и в помине нет, каждый доволен своей ролью. А Билл мечтает всю жизнь делать музыку со своими друзьями.
Самое ужасное, что может произойти, — это разрыв с ними. Потому что в «Tokio Hotel» Билл нашел смысл жизни, здесь исполнилось его самое заветное желание. В «BRAVO» (4/2006) он пишет: «Мы всегда делали то, что хотели. Голова кружится, стоит подумать, как сильно изменилась наша жизнь. Но это доставляет огромное удовольствие! Хотя стрессов сейчас гораздо больше, чем даже можно было себе представить. Всем кажется, что нам все падает буквально с неба. Это совсем не так! Чтобы добиться успеха, мы много работаем. Но дело того стоит. Я никогда не хотел заниматься ничем, кроме музыки. Сейчас многие спрашивают, изменил ли нас успех. Не думаю. Иначе в семье нам бы давно на это указали. Я остался самим собой. Честолюбивым и ленивым, веселым и слегка эгоистичным. И мне все равно, что говорят другие. Самым важным в жизни для меня остаются мама, мой брат Том и наша группа „Tokio Hotel"!»
Анкета: Билл
ИМЯ: Билл Каулиц-Трюмпер
ДАТА РОЖДЕНИЯ: 01.09.1989
МЕСТО РОЖДЕНИЯ: Лейпциг
МЕСТО ПРОЖИВАНИЯ: Лойтше
РОСТ: 1 м 77 см
ВЕС: 53 кг
РАЗМЕР ОБУВИ: 42
ЦВЕТ ВОЛОС: шатен
ЦВЕТ ГЛАЗ: карие
ОРАЗОВАНИЕ: гимназия и частные уроки

0

9

Мы — «Tokio Hotel»: Билл, Том, Густав и Георг
Том — классный парень с прической «раста»
1 сентября 1989 г. в Лейпциге под знаком Девы Том проявил нетерпение, появившись на свет на десять минут раньше Билла. Но поначалу это было единственным отличием между братьями, потому что внешне близнецы были похожи абсолютно. Оба шатены, у обоих карие глаза, оба худенькие (такие они и сейчас).
В первые годы мама мальчиков Симона одевала ребят так, что отличить их друг от друга не представлялось возможным. Том рассказывает («BRAVO», 37/2005): «Когда мы были маленькими, мама одевала нас одинаково. Когда мы пошли в школу, то захотели носить разные вещи. К восьми годам у каждого из нас сформировались собственные предпочтения».
С детства ребята были мастерами на веселые проделки. Уже в садике они продемонстрировали пристрастие к без обидным, но эффектным шуткам. «Свою воспитательницу мы доводили до белого каления. У нас были футболки с надписями „Билл" и „Том", но мы ими менялись. И когда все уже окончательно запутывались, не понимая, кто есть кто, мы дико хохотали. К сожалению, в школе подобные забавы не проходили — мы уже стали разными», — рассказывал Том в «BRAVO» (37/2005).
Том с Биллом всегда всё делали вместе, в том числе и первые шаги в шоу-бизнесе, но не в музыке, а в кино. В шесть лет (в 1995 г.) близнецы предстали перед камерой на телевидении в любовной мелодраме «Verruckt nach dir» («Схожу по тебе с ума»). Все чуть было не пошло насмарку, о чем оба со смехом рассказывали 15 февраля 2006 г., когда с группой «Tokio Hotel» были в гостях у «Stern TV». Вообще-то им совсем не хотелось сниматься, поэтому маленький Том, недолго думая, запер исполнительницу главной роли в туалете и выбросил ключ. Но в конечном итоге киносъемки показались близнецам Каулиц довольно увлекательным занятием, так что они согласились остаться.
«Схожу по тебе с ума» — это пока единственная кино-роль двух братьев. Они выбрали другой путь: Том, как и Билл, в семь лет нашел свою дорогу в мир рока. На стенку в комнате Тома их отчим Гордон Трюмпер повесил гитару, и тот сразу же с любопытством в нее вцепился — и с тех пор не выпускает из рук. В молодежном тележурнале «Гига» Том рассказал, как он учился играть на гитаре: «Занимался со мной отчим, потому что он сам играет тяжелый рок. У него есть музыкальная школа, в которой не ставят отметок, так что никто не боится провала. Это в любом случае классно, потому что развивает творческий потенциал. В этой школе мы постоянно репетировали. Там я многому научился».
Том всегда был очень терпелив, он и сейчас каждый день играет по многу часов. Гитара ему ближе, чем вокал, хотя петь он тоже может. В «BRAVO» (37/2005) его брат Билл сказал: «У Тома хороший голос, просто он не решается петь».
В общем, Том сохранил верность гитаре. Первые, пока еще неуверенные шаги в музыке оказались для мальчика очень серьезными и сыграли в его жизни важную роль. В интернет-журнале «Ивентс унд Тренде» он признался: «Я не расстаюсь со своим талисманом. Это мой первый медиатор. Сейчас я уже не могу им играть, он маленький и совсем стертый. И все равно постоянно ношу его с собой». У Тома есть еще один талисман — «куриный бог». Это камешек с естественной сквозной дыркой — говорят, что такие камешки защищают птиц от злых духов.
Музыка, которую Том слушал в детстве, была весьма далека оттого, что делает«Tokio Hotel». Первый альбом, «Soft-Poppern Pur», Тому подарили в шесть лет, он все время слушал его в машине у своей тети. Постепенно его стал привлекать более тяжелый рок: первый купленный лично Томом диск — «Aerosmith».
Потом он познакомился с хип-хопом, решил, что это круто, и начал рисовать граффити. Его фаворитом и образцом стал немецкий рэппер Сэмми Делюкс. Однажды Том побывал на его концерте, о чем вспоминает с неизменным восхищением. Любимая группа Тома — немецкие рокеры «Guano Apes».[more]
Пошлые песни Том терпеть не может: «Мне много что нравится, но я ненавижу „I Always Love You" Уитни Хьюстон. Эта шарманка страшно действует мне на нервы», — признался он в спецвыпуске «BRAVO». Гораздо лучше тяжелый рок на бас-гитаре, который с удовольствием играет и он сам. Когда Том стоит на сцене, видно, что этот инструмент создан именно для него, потому что в бас-гитаре — огромное количеаво энергии, как и в самом Томе, который во время концертов неутомим и просто виртуозно обращается с гитарой.
Но такому сгустку энергии, как Том, этого недостаточно. Он пробует себя в футболе, баскетболе и... карате. Послед нее — ради дедушки: «Дедушка всегда был для меня примером. Чтобы ему понравиться, я занимался карате. В один прекрасный момент я признался, что это мне не по душе. Сначала мне показалось, что дед расстроился. Но выяснилось, что он отнесся к моим словам вполне нормально» («BRAVO», 4/2006).
С самого детства Тому с Биллом предоставляли полную свободу. Родители давали им шанс испытать себя, выявить свои способности и пределы своих возможностей. 0 маме Симоне Том сказал («BRAVO», 4/2006): «У нас с ней всегда были замечательные отношения. Она помогала нам с Биллом справляться со всеми нашими проблемами. Нам разрешалось самим принимать решения, поэтому сегодня я точно знаю, чего хочу, а чего нет». В «Ивентс унд Тренде» он признался: «Конечно, если мы хулиганили, то дома бывали разборки. Но вообще наши родители никогда не проявляли излишней строгости».
Главные сложности начались, когда близнецы Каулиц пошли в школу. Том вспоминает свой первый учебный день («BRAVO», 4/2006): «Я с нетерпением ждал, когда же пойду в школу. До сих пор прекрасно помню пакет с подарками: там были не только конфеты, но ручка, пенал, цветные карандаши и всякие другие штуки для учебы. Как я тогда об радовался! В этот первый день я почувствовал себя совершенно взрослым».
Но, к сожалению, дальше события развивались не столь радужно: «Уже на второй день мне все это опротивело. Во время уроков нам с Биллом не разрешали разговаривать. Еще чего! Училка была жутко противная. Сразу прицепилась к нам с Биллом. Понятно, что ходить в школу нам не хотелось». Но им, конечно, пришлось. Том рассказывает дальше: «Мама нас заставила. Но я все равно никому не подчинялся. И маме тоже. До этой несчастной школы мама никогда не была с нами такой строгой».
Том рос активным мальчиком, и на уроках ему было скучно, как он рассказывал в спецвыпуске «BRAVO»: «Я ненавидел школу, потому что мне не разрешали проказничать, а заставляли тихо сидеть на своем месте». В журнале «Гига» он сказал следующее: «Как это меня напрягало! Наверное, потому, что я от природы очень подвижный. Никакого желания учиться у меня не было». Поэтому Том никогда не делал уроков. И тем не менее за контрольные он получал в основном приличные отметки. В 2005 г. они с Биллом пошли в десятый класс гимназии Курфюрста Иоахима Фрид-риха в Вольмирштедте. У Тома, как и у Билла, средний балл всегда был очень приличным.
Любимые предметы Тома — искусство, социология и этика. «Предметы для трепотни», — объясняет Том, который безумно любит поговорить и поспорить, лучше на пару с братом. Это и есть основная причина (как пояснил Том молодежному радиоканалу «Спутник»), почему учителя никак не могли найти с ними общего языка. «В том-то и дело, учителям было сложно со мной спорить, ведь я выступал одновременно в двух лицах, потому что мой брат тут же вставал на мою сторону, если вдруг кто-то шел против меня. Пожалуй, это и было основной проблемой в школе».
Об отношении некоторых учителей Том писал в «Попкорне» (сентябрь 2005 г.): «Часто нас выставляли перед всем классом». И они защищались, причем не только дерзили на словах, но иногда даже забрасывали учителей бумажными шариками или поливали чернилами. В седьмом классе близнецов помимо их воли отправили в разные классы, но поскольку гимназисты сами выбирают некоторые предметы, то иногда они снова встречались на уроках — отнюдь не на радость учителям.
Братья часто конфликтовали с педагогами. Том даже чаще, чем Билл: он всегда был человеком настроения. Практически никто из учителей не мог найти к нему подход. А поскольку контакта не было, то нередко возникали малоприятные ситуации. В «Ям» (37/2005) он высказался довольно зло: «В спортзале один из одноклассников выключил свет. Учитель решил, что это сделал я. Я, конечно, отпирался. Ему показалось, что я на него ору. Потом мы оба пошли к директору, мне здорово влетело, потому что учитель сказал, что я вел себя по-хамски».
В «Попкорне» (сентябрь 2005 г.) Том вспоминает: «Один мой учитель заявил, что я ненормальный, а мои родители просто безответственные». В классных журналах у Тома много минусов, а однажды из-за него даже устроили родительское собрание.
У Тома никогда не было особо близких друзей — ни в школе, ни до этого, в садике. В «BRAVO» (4/2005) он рассказывает: «Мой самый первый приятель появился у меня в детском саду. Мы с ним постоянно задирали ребят из подготовительной группы. Как нам это нравилось! Хотя мы были меньше и по возрасту, и по росту, мы всегда их колотили. К сожалению, потом этот мой приятель переехал в другой город. Я тогда очень переживал. С тех пор мы с ним не виделись».
Позже братья Каулиц познакомились с Андреасом. Про него Том тоже рассказал в «BRAVO» (37/2005): «Это наш лучший друг. До сих пор мы любим сходить куда-нибудь втроем. Между нами не бывает ни соперничества, ни ссор. Думаю, что Андреас одинаково хорошо относится к нам обоим».
Одноклассники сторонились близнецов, потому что они всегда были не такие, как все: одевались как хотели, занимались музыкой, дерзили преподавателям, а главное — пользовались успехом у девочек. А из-за этого росли зависть и недовольство со стороны мальчиков.
Когда Том и Билл в составе «Tokio Hoteb стали известны всей стране, это вызвало еще больший прилив раздражения у некоторых их ровесников. «Детсадовская группа», «безголосые», «бездельники» — это только некоторые из обидных прозвищ, которые им приходилось слышать в свой адрес. Том очень из-за этого переживал.
Он говорил («BRAVO», 41/2005): «До чего же мерзко, когда идешь по коридору и слышишь все эти глупости!» В статье «Довели» в журнале «Бильд» от 5 октября 2005 т.' рассказывается о том, как однажды несколько их соучеников пришли в школу в футболках с угрожающими надписями. Стало ясно, что в школе оставаться не следует. Жить как обычный ученик не представлялось возможным. Так что они с Биллом вместе с Георгом и Густавом стали брать частные уроки, а с осени 2005 г. пришлось оформить на год «академический отпуск». Учились они, конеч но, между делом. «Tokio Hotel» оставлял для занятий не очень-то много времени.
О жизни суперзвезды Том рассказывает в спецвыпуске «BRAVO»: «Многие думают, что если мы стали знаменитыми, то теперь я птица высокого полета. Честно говорю: я всегда был таким, как сейчас». В принципе, гитарист Том занимает в группе то же самое место, которое занимал в «Devilish» или когда они выступали вдвоем с Биллом: обеспечивает экшн и подставляет брату плечо. И следует девизу «Сагре diem» — «Используй день». Он с радостью занимается музыкой, делает то, что хочет, и получает от этого массу удовольствия.
Своим шармом, неординарными высказываниями и обаятельной улыбкой Том легко завоевывает сердца, особенно девичьи: у него почти столько же поклонниц, сколько и у Билла. В группе он считается сердцеедом, — правда, сейчас у него девушки нет, хотя недостатка в претендентках явно не наблюдается.
Он сохранил тот имидж, который у него был до потрясающего взлета группы «Tokio Hotel»: дреды, пирсинг в нижней губе, невероятно широкие брюки в стиле хип-хоп — все это было у него всегда.
Том придает стилю очень большое значение. Чаще всего его можно увидеть в одежде стиля хип-хоп, с дре дами, собранными в пучок, и в бейсболке. Чтобы сделать такую крутую прическу, он сначала отрастил волосы и в двенадцать лет уложил их в стиле «раста» в одном афро-салоне. Приходится постоянно следить за формой прически, а это отнимает много времени. Только чтобы высу вать дреды, требуется почти два дня. А потом он их покрывает специальным воском.
Обычно (с четвертого класса) он носит широкие штаны своего любимого синего цвета. А пирсинг в нижней губе сделал, когда ему было уже 14 лет. В журнале «Попкорн» (сентябрь 2005 г.) Том признается: «Я хотел сделать еще один пирсинг — на самой середине носа, но это наверняка очень больно». Его бейсболки и повязки на голову не выбиваются из общего стиля.
Но на одежду Том тратит гораздо меньше денег, чем Билл. Карманные 50 евро от родителей он расходует гораздо расчетливей брата, необдуманных трату него обыч: но не бывает. В интервью интернет-журналу «Ивентсунд Тренде» он сказал: «Деньги — штука хорошая, но далеко не главное в жизни». А в спецвыпуске «BRAVO» на вопрос, что бы он сделал, если бы выиграл миллион, Том ответил следующим образом: «Я бы купил машины, дома, гитары или что-нибудь такое, но в любом случае часть денег я бы отдал на благотворительность».
Том сам создал свой образ, родители не пытались на него давить. Но дело не только в этом. Он всегда продумывает свои шаги, чувствуется, что он знает, чего хочет, и это тоже повышает его популярность у девушек. «Даже ребята старше меня дергаются из-за того, что теперь и их девушки увлечены мной. Круто!» — дерзко заявил он в спецвыпуске «BRAVO». Что ж, это свидетельствует о самоуверенности и о том, что его не очень заботит, не раздражает ли он кого-нибудь своими высказываниями. Ведь сам он претерпел немало, так что шкура у него теперь толстая.
Но Том очень чутко реагирует на критические замечания в адрес своих товарищей из группы, а особенно когда речь идет о Билле. С восьми лет близнецы развиваются в разных направлениях. Но у них до сих пор очень много общего. Как и Билл, Том любит проводить время дома, он, по их выражению, «домолюб». Том любит удобно устроиться на диване и посмотреть, например, телесериал «King of the Queens» или фильм со своей любимой актрисой Евой ■Лонгориа. Ему, как и Биллу, нравится «Mr. & Mrs. Smith» с Брэдом Питтом и Анжелиной Джоли. И оба они с огромным удовольствием устраивают вечеринки.
Даже в еде у них одинаковые пристрастия, о чем Том Рассказал в «BRAVO» (37/2005): «Все, что нравится мне, Билл тоже любит, и наоборот. Мы в восторге от фаст фуда, пиццы и запеканки из вермишели. Неизвестные нам блюда мы не едим. Ни он, ни я готовить не умеем». Но если уж приходится, то лучше всего у Тома получаются спагетти. А еще он любит конфеты — не очень сладкие.
Братья обожают животных, но только совершенно конкретных. Они хорошо ладят с котом Казимиром и собакой Скотти, помесью Лабрадора и добермана. Вообще-то Том хотел бы завести еще одного домашнего питомца — обезьяну.
Внешне братья очень похожи с самого рождения, но у каждого из них индивидуальный стиль. Том со своими 54 килограммами не намного тяжелее Билла, и росту него почти такой же (1 м 75 см). У обоих одинаковый размер обуви (42-й). Том, как и его брат, правша, но может (так же, как и Билл) писать левой рукой. Оба занимаются музыкой, но в качестве альтернативы готовы подумать о какой-нибудь другой творческой профессии: Том — о графическом дизайне, а Билл — о дизайне одежды.
При всей своей похожести они не стали точной копией друг друга: каждый развивался по-своему. В «BRAVO» (37/2005) Том рассказывает о своем отношении к Биллу: «Мы рано начали делать все возможное, чтобы подчеркнуть свою индивидуальность, хотели показать, что являемся самостоятельными личностями. Мне нравится, что мы выглядим по-разному. Я не хочу быть как Билл, а Билл — как я. Не могу себе представить, чтобы я разгуливал в таком же виде, как Билл».
Они выбрали каждый свой стиль, но ни на минуту не забывают о том, что их связывает, и прекрасно друг с другом ладят. В «BRAVO» (37/2005) Том говорит: «Не могу себе представить жизнь без Билла. Мы с пеленок вместе. Здорово иметь брата-близнеца! Классно, что есть человек, который так тебе дорог!»
С Георгом и Густавом у Тома, конечно, не столь глубинная связь, как с Биллом, но и она чрезвычайно крепка. В «BRAVO» (4/2006) Том сказал: «Дружба крайне важна для меня. Она придает мне силы». И эти силы он черпает в дружеском союзе под названием «Tokio Hotel».
Теперь уже Том не представляет себе жизни без Георга и Густава. Им интересно вместе, они дурачатся, поддразнивают друг друга, честно высказывают свое мнение, ссорятся и снова мирятся — и каждый готов отдать за Другого жизнь. Они доверяют друг другу безоговорочно. В интервью для «Ивентс унд Тренде» Том говорит: «Дружба — это прекрасно. Человеку нужны друзья, найти их очень трудно, потому что на свете много лживых людей. А на истинных друзей всегда можно положиться». Таких у Тома целых три: Георг, Густав и конечно же Билл.
Это что-то вроде трех мушкетеров, девизом которых было: «Один за всех, и все за одного». И все вместе — за «Tokio Hotel».
Анкета: Том
ИМЯ: Том Каулиц-Трюмпер
ДАТА РОЖДЕНИЯ: 01.09.1989
МЕСТОРОЖДЕНИЯ: Лейпциг
МЕСТО ПРОЖИВАНИЯ: Лойтше
РОСТ: 1м 75 см
ВЕС: 54 кг
РАЗМЕР ОБУВИ: 42
ЦВЕТ ВОЛОС: шатен
ЦВЕТ ГЛАЗ: карие
ОБРАЗОВАНИЕ: гимназия и частные уроки

+1

10

Мы — «Tokio Hotel»: Билл, Том, Густав и Георг
Густав — задумчивый клоун
Когда Франциске Шефер было восемь лет, она испытала огромное счастье: у нее появился братик! Родители назвали малыша, родившегося в Магдебурге 8 сентября 1988 г. под знаком Девы, Густав Клаус Вольфганг. С самого начала старшая сестра и младший брат прекрасно ладили. Когда Густав подрос, Франциска превратилась в его доверенное лицо, к ней он всегда мог прийти за советом, особенно когда начал интересоваться девочками. Сегодня Франциска живет недалеко от родительского дома в Магдебурге. Она страшно гордится братом — знаменитым ударником из группы «Tokio Hotel».
В пять лет малыш Густав открыл для себя музыку, о чем и рассказал в электронном интервью авторам этой книги 19 февраля 2006 г.: «Раньше у отца было много записей Фила Коллинза, Эрика Клэптона и других. Я сидел под столом и барабанил в такт, пока папа слушал пленки».
Любовь мальчика к барабану папа Шефер заметил, когда снова и снова слушал альбомы старых рокеров вроде «Led Zeppelin»: всякий раз маленький Густав сидел рядом и исполнял роль мини-ударника. К счастью, недалеко от их дома была музыкальная школа, в которой Густав мог удовлетворить свою страсть к барабану. В итоге именно туда отец его и записал. Другие инструменты Густава не заинтересовали, разве что гитара: он попробовал на ней поиграть, но быстро отложил в сто-Рону. По этому поводу в спецвыпуске «BRAVO» он со смехом заявил: «Для гитары у меня слишком грубые клешни».
Густав барабанил везде и всегда — и делает это до сих пор: стучит по ногам, животу, по груди, по столам, диванам, стаканам, бутылкам... Естественно,его музыкальные пристрастия развивались прежде всего в этом направлении: Густав любит группы, в которых ударным уделяется достаточное внимание, о чем он и сказал в спецвыпуске «BRAVO»: «Я с удовольствием слушаю „Saint Anger", „Metallica" и „Slipknot". А еще „System of a Down" и „Green Day"».
«Metallica» для Густава вне конкуренции. Первый диск, который он купил себе сам, был именно этой группы, играющей тяжелый металл. Их ударник Ларе Ульрих — для Густава пример для подражания, он говорит: «Я восхищался им всегда». В «BRAVO» (40/2005) Густав признался, что хотел бы выступить с другим знаменитым барабанщиком, играющим не такой жесткий рок: «Мне всегда хоте-, лось оказаться на сцене с Филом Коллинзом». На первом в своей жизни концерте он слушал Джо Кокера, а это более спокойный рок. Есть у него и другой фаворит, ни на кого не похожий: когда у Густава соответствующее настроение, он слушает канадского джазмена Мишеля Бубле.
Густав, выбравший в качестве талисмана настроечный ключ, уже не может представить себе жизнь без музыки. Но это не единственное его увлечение. С детства он любит играть в футбол и ездить на велосипеде. Спорт помогает ему держать себя в тонусе и укрепляет мышцы, что очень важно для ударника. Потому что игра на барабане — дело совсем не легкое, особенно если учесть, что Густав исполняет не застольные песни, а рок. Несколько лет назад в список любимых видов спорта вошел и бильярд. При первой же возможности барабанщик группы «Tokio Hotel» берет в рукиccкий.[more]
Такому спортивному человеку требуется много энергии. Хорошо, что Густав в этом плане очень самостоятелен: он любит готовить. В спецвыпуске «BRAVO» он рассказал: «Больше всего мне нравится лазанья, которую я делаю сам». А вообще он предпочитает картофельную запеканку, приготовленную его сестрой, и хорошую пиццу. К сожалению, есть и пить Густав может далеко не всё, потому что с детства у него аллергия на многие продукты: на рыбу, свинину, клубнику. А еще на домашнюю пыль, на некоторые растения и цветочную пыльцу. При аллергии на коже появляется сыпь, но это ему не очень мешает. В спецвыпуске «BRAVO» он говорит весьма самоуверенно: «С этой болячкой я существую совершенно спокойно. У некоторых людей никаких прыщей нет, и все равно они уроды!»
Кроме кулинарных изысков Густав любит кино, преимущественно остросюжетные фильмы, например «Армагедон» со своим любимым актером Брюсом Уиллисом.
Ему тоже нравится «Mr. & Mrs. Smith» с Брэдом Питтом и Анжелиной Джоли, актерские способности которых он оценивает очень высоко. Телевизор Густав чаще всего включает, когда есть возможность повосхищаться Евой Лонгориа (весьма, по его мнению, сексуальной). Но сальные любовные истории он терпеть не может.
И все же главным хобби Густава всегда была музыка. Именно она должна стать его профессией: он хочет быть профессиональным музыкантом, даже если с «Tokio Hotel» ничего не получится. В детстве все было по-другому. Тогда он мечтал стать пожарником, полицейским или водителем грузовика.
Какие бы идеи ни претворял в жизнь Густав, родители и старшая сестра поддерживали его во всем и помогали, даже когда речь зашла о перспективе вместе с «Tokio Hotel» отправиться в далекий, трудный и не совсем уж безопасный путь, который проходят рок-музыканты. Эту тему он затронул в интервью журналу «Top of the Pops» (осень 2005 г.): «Одним словом, за мной стоит моя семья».
Они поддерживали Густава с самого детства, еще когда он расстраивался из-за своего роста. Ему казалось, что 1 м 68 см — это слишком мало. Он рано начал иронизировать над этим, чтобы никому не пришло в голову его дразнить.
В спецвыпуске «BRAVO» он вспоминает: «В начальной школе я был самым маленьким по росту и с самым большим ртом!» И, как Густав рассказывает дальше, он никак не мог преодолеть неуверенность в себе, причем она была настолько сильна, что он боялся даже переходить в гимназию: «Я просто не верил в себя. И боялся новых людей — ведь я для них чужой, вдруг на меня будут показывать пальцем».
Тем не менее Густав перешел в экономическую гимназию Айке фон Репгов в Магдебурге. Знакомство прошло без проблем, ведь в новый класс он пришел с подругой. Через какое-то время Густаву здесь даже понравилось, — наверное, потому, что он хорошо учился. Больше всего ему нравились экономика и конечно же спорт. Менее всего ему были интересны немецкий, физика и русский.
С учителями Густаву чаще всего удавалось найти общий язык, особенно в гимназии, о чем он рассказывал в «Ям» (37/2005): «Мой отец — председатель родительского комитета, так что ему регулярно приходится ходить в школу. Очень хорошие отношения у меня сложились с учителем английского, мы с ним заключили пакт: он пообещал не показывать папе мои оценки. Потому что дома я скрыл несколько «неудов». Но за это мне приходилось выполнять дополнительные домашние задания». Когда Густав благодаря «Tokio Hoteb прославился, отношения с учителями продолжали оставаться нормальными. Некоторые даже просили у него автограф.
Так же сложились отношения Густава с одноклассниками. Серьезных проблем никогда не было, даже когда началась лихорадка из-за группы «Tokio Hoteb, сделавшей его знаменитым. В спецвыпуске «BRAVO» Густав с радостью отметил, что его музыка многим нравится: «Большинство считает, что это круто». Только несколько ребят в его окружении откровенно демонстрировали свою зависть и недовольство. Но к этому Густав привык: «Я научился спокойно переносить глупые выкрики, которые несутся мне вслед возле школы. Правда, было очень противно, когда меня поколотили ученики 13-го класса».
В любом случае, с тех пор как Густав прославился, на него стали обращать больше внимания. С ним пытаются общаться и те, с кем раньше никаких контактов не было. Иногда ему трудно оценить, чего же от него хотят на самом деле. В спецвыпуске «BRAVO» Густав сказал: «Нужно знать, кто твои друзья».
И только относительно одного человека у него нет никаких сомнений: Алекс стал его лучшим другом задолго до появления «Tokio Hotel», они часто встречаются до сих пор.
Он доверяет Алексу так же, как и своей сестре Франциске, друг поддерживает его в трудные моменты. Алекс тоже живет в Магдебурге, недалеко от дома, где обитает Густав, его родители, их собака Бруно и кот Рихард. Этот дом ждет Густава всегда, и, если он устанет от суеты вокруг звездного «Tokio Hoteb, он в любое время может туда вернуться.
Но пока что слава ему не мешает. Попав на сцену в качестве ударника группы «Tokio Hotel», Густав понял, что умеет общаться с фанатами. Девушки от него в восторге, особенно когда он в конце выступления снимает футболку, выставляя на обозрение свои тренированные мышцы. Билл признает, что у Густава лучший торс в группе, в спецвыпуске «BRAVO» сам ударник сказал: «В этом смысле у барабанщиков всегда масса преимуществ».
Густав — мастер на многозначные высказывания и острые шутки, именно они принесли ему славу штатного клоуна группы, который постоянно заставляет смеяться остальных, — обижаться на него невозможно. Еще один фирменный знак: Густав почти всегда ходит в бейсболке или кепке, которая скрывает густые светлые волосы. Если бы Густав их отрастил, у него были бы роскошные локоны. И кто знает, как бы на это отреагировали девушки...
Вообще-то Густав предпочитает не очень броскую одежду. Он любит джинсы и свободные белые свитера.
Для прически он использует воск, для лица делает пилинг. Татуировок и пирсинга у него пока нет, но когда-нибудь он и это попробует.
Густав не хочет вылезать вперед благодаря внешним атрибутам, и даже одно это свидетельствует о его скромности и сдержанности. Он как-то сказал на канале VIVA: «К счастью, я не слишком приметный. Я могу пройтись по улице, и никто не обратит на меня внимания. Биллу бы за это время пришлось раздать штук двадцать автографов».
Но Густав не всегда тих и скромен. Он признается «BRAVO» (40/2005): «Я быстро завожусь. Лучше бы я относился ко всему проще».
Густав любит поразмышлять, пытается разобраться в сути вещей. «Было бы честнее, если бы чиновники на себе испытали тяготы налоговой системы», — заявил он («BRAVO», 37/2005). Он бы с удовольствием откровенно поговорил с политиками. Если бы у него было больше влияния, он бы сделал жизнь в Германии более справедливой.
Густав очень внимателен к окружающему его миру и замечает, где что не так. Девиз ударника, который он опубликовал на сайте «Tokio Hoteb, звучит так: «Главное, что все идет вкривь и вкось». Сказано наполовину в шутку, наполовину всерьез. Но понятно, что за его юмором скрывается не желание покрасоваться, а вдумчивость и чуткое отношение ко всему.
Несмотря на звездный успех, Густав не витает в облаках, он прочно стоит на земле. Конечно, из-за нагрузок, связанных с «Tokio Hotel», ему, как и всем остальным ребятам, пришлось на год уйти из школы, он тоже берет частные уроки. В любом случае в 2007 г. Густав намерен сдать выпускные экзамены.
Его профессиональные планы связаны с желанием зарабатывать деньги музыкой, быть знаменитым для него не столь важно. Густав хочет стать хорошим профессиональным музыкантом.
Однако номером один в его жизни был и остается «Tokio Hotel».
Анкета: Густав
ИМЯ: Густав Клаус Вольфганг Шефер
ДАТА РОЖДЕНИЯ: 08.09.1988
ЗНАК ЗОДИАКА: Дева
МЕСТОРОЖДЕНИЯ: Магдебург
МЕСТО ПРОЖИВАНИЯ: Магдебург
РОСТ: 1м 68 см
ВЕС: 68 кг
РАЗМЕР ОБУВИ: 42
ЦВЕТ ВОЛОС: светлые
ЦВЕТ ГЛАЗ: карие
ОБРАЗОВАНИЕ: экономическая гимназия, частные уроки

0

11

Мы — «Tokio Hotel»: Билл, Том, Густав и Георг
Георг — sexy boy с бас-гитарой
Как и у Густава, у Георга, басиста группы «Tokio Hotel», очень длинное имя: Георг Мориц Хаген Листинг. Он родился 31 марта 1987 г. в Халле, под знаком Овена. Георг самый старший в группе. Как и родители братьев Каулиц, его папа с мамой тоже рано развелись. Сегодня Георг живет в Магдебурге с мамой и ее новым мужем, с ним у Георга хорошие отношения. В буклете к диску «Schrei» он выражает благодарность и ему, и маме за постоянную поддержку, которую они ему оказывают, и называет отчима вторым
Георг рос без братьев и сестер, ходил в детский сад, и уже тогда было заметно, что ему нравится хлопать, барабанить, петь. Все, что хоть как-то связано с музыкой, доставляло ему колоссальное удовольствие. Его отдали в музыкальную школу в Магдебурге, где учился еще один талантливый мальчик — Густав. Именно там они и познакомились.
В то время как Густав с наслаждением барабанил, Георг в свои шесть лет начал играть на бас-гитаре, — правда, не строго по нотам, в чем он и признался газете «Ди Вельт» (5 декабря 2005 г.): «Если меня попросят сыграть по нотам, то у меня ничего не получится». Ему по душе импровизации.
Игра на бас-гитаре у него получалась лучше, чем, например, на обычной гитаре, которая была любимым инструментом многих мальчишек из музыкальной школы. Почему он предпочел бас-гитару, Георг объясняет в спецвыпуске «BRAVO»: «С бас-гитарой не нужно столько возиться».
Когда Георгу было лет десять, у него появились друзья, которые были увлечены идеей создать музыкальную группу и даже уже подыскали себе подвал для репетиций. Они почти подобрали состав, но им не хватало бас-гитариста. Георг уцепился за эту возможность и стал играть в группе.
Но вскоре ушел, потому что совершенно иначе представлял себе, как надо делать музыку. В своем интервью авторам этой книги (19 февраля 2006 г.) он сообщил, что они с Густавом уже тогда подумывали о том, чтобы играть вдвоем: «Густава я знаю с музыкальной школы. Конечно, мы носились с мыслью создать свою группу. Но потом мы познакомились с Биллом и Томом и организовали „Devilish"».
Образцом для подражания Георг считает знаменитого бас-гитариста Майкла Бальзари по прозвищу Фли из группы «Red Hot Chili Peppers». Георг интересуется и другими инструментами, в дальнейшем он планирует научиться играть на пианино. Но главной для него остается бас-гитара, без которой он свою жизнь уже не мыслит. В своем интервью «BRAVO» (40/2005) он говорит: «Меня преследует какой-то необъяснимый ужас: я боюсь, что в результате несчастного случая отпилю себе руку и не смогу больше играть».
А это что-нибудь да значит, потому что кроме больших пауков Георг практически ничего не боится, а животных так просто любит. У него есть обожаемые питомцы: собака Мориц и кот Гарон.[more]
Всем другим ансамблям Георг предпочитает «Oasis», a «Definitley Maybe» — первая пластинка, которую он купил сам, — по сей день является его самой любимой. Георг также любит «Green Day», «Black Eyed Peas» с их песней «Don't phunk with my heart» (но вовсе не из-за бас-гитары) и певицу Келли Кларксон с ее «Since U been gone». Первым концертом, который он слушал вживую, было выступление группы «Die Arzte».
Каждый раз, когда Георг на вечеринке или просто по радио слышит зажигательную музыку, он не может не танцевать — в любом месте, где бы ни представилась такая возможность. Из-за этого ребята из «Tokio Hotel» его все время поддразнивают.
Музыка — его самая большая любовь, хотя есть и Другие хобби.
Если Георгу хочется отвлечься, он идет в кино. Его любимый фильм — первая часть «Матрицы» с Кину Ривзом. Фильмы с его участием Георг всегда смотрит с огромным удовольствием. Но самый любимый его актер — это Брэд Питт. По телевизору Георг предпочитает смотреть «Секс в большом городе». Читать он не любит, но у него есть хороший заменитель книгам, в чем он и признался в спецвыпуске «BRAVO»: «Я не из тех, кто любит читать. Поэтому роман „Медикус" Ноя Гордона я слушаю на диске». А потом он ест что-нибудь вкусное: клецки под соусом с итальянским сыром горгонцола или пиццу. Что касается здоровья, то Георг с гордостью может сказать, что сумел бросить курить. Георг — единственный в группе, у кого есть водительские права; ему нравится разъезжать по окрестностям в мамином автомобиле.
Георг всегда хорошо учился, предпочтение отдавал психологии и физкультуре; без математики же и истории обошелся бы с большим удовольствием. Георг хотел сдать выпускные экзамены в январе 2006 г. Сначала он вполне успешно совмещал выступления «Tokio Hotel» и учебу с помощью своих одноклассников. Но потом оказалось, что реализовать его планы невозможно. Георг говорил, что ему очень часто мешали: «Прямо посреди урока мне могли позвонить из канцелярии, потому что там ждет журналист, который хочет взять у меня интервью».
То, что со временем нагрузки стали непосильными, первой поняла мама Георга. Она разрешила сыну на год прервать учебу, но ему этого совсем не хотелось, по крайней мере сначала. А потом, когда популярность и успех «Tokio Hotel» выросли еще больше, выяснилось, что одноклассники испытывают по этому поводу не только восхищение и радость, но еще и некое недовольство. Причины Георг прекрасно понимал. В «BRAVO» (41/2005) он объяснил: «Конечно, многие парни терпеть нас не могут, потому что их девушки без ума от нас». Чтобы избежать конфликтов, на переменах Георг начал выходить из школы. На глупые комментарии старался не обращать внимания. В «BRAVO» (сентябрь 2005 г.) он вспоминает: «Если кто-то в коридоре не мог обойтись без глупых замечаний, то я пытался быть выше этого».
Но в какой-то момент чаша терпения переполнилась. Георг не мог одновременно готовиться к экзаменам, защищаться от нападок недоброжелателей «Tokio Hotel» в школе и зажигать в группе. Когда стало ясно, что тур из-за сенсационного спроса на билеты в начале 2006 г. будет продолжен, Георг, как и другие ребята, взял в школе «академический отпуск» и с тех пор занимается частным образом.
Так он смог максимально сосредоточиться на своей роли бас-гитариста группы «Tokio Hotel». На прочее (в том числе и на любовь) времени почти не остается. Поэтому Георг, как и все остальные в группе, подруги не имеет, хотя многие поклонницы «Tokio Hotel» от него без ума.
Когда на концерте он входит в раж и, весь в поту, обнажает свою мускулистую грудь, девушки приходят в экстаз. Поэтому Билл его часто поддразнивает, говоря, что Георг любит обнажаться.
Одевается Георг неброско, но при этом у него есть свой стиль. Любит носить джинсы с дырками и застиранные, чаще всего зеленые, футболки с надписями: «Audioslave», «Guns N' Roses» или «Gorillaz» (известная комик-группа). Георг носит волосы до плеч. От природы они вьются, что ему совсем не нравится, поэтому он их разглаживает специальным воском. Ярких цветов в одежде он не любит, татуировок и пирсинга у него нет. Пока. Он все-таки собирается их сделать — когда-нибудь потом.
У Георга форма соответствует содержанию: он скромен и сдержан. Во время бурных концертов он в группе словно надежный утес. Любит держаться на заднем плане и вполне доволен своей ролью. Не выносит людей, которые стараются любым способом вылезти вперед. Терпеть не может эгоизм и нахальство — что, по его мнению, присуще политикам, которым он не верит. В «BRAVO» (37/2005) Георг заявил: «Политическая система должна стать более прозрачной для нас, простых граждан».
В «BRAVO» же (40/2005) он говорит и о том, что ему не нравится в самом себе: «Мои оттопыренные уши. А еще мне бы хотелось стать более пунктуальным».
Самая сильная его сторона — это исходящее от него спокойствие. Он знает, что умеет слушать, к тому же способен решать проблемы и всегда правильно ведет себя в сложных ситуациях.
Это и понятно, ибо Георг — мыслящий, серьезный человек; он сначала подумает, а потом уже сделает. Это касается и «Tokio Hotel». Ну а если музыкальная карьера не сложится, Георг не прочь стать стоматологом, как его родной отец.
Хотя Георг производит впечатление человека скорее тихого и задумчивого, он открыт для общения, любит пошутить. Раньше он был совсем не таким спокойным, мог даже подраться: «Знаете, как бывает... пытаешься определить границы своих возможностей, хочешь посмотреть, на что способен и до чего можешь дойти».
Георг следует своему девизу: «Живи мечтой». Это прекрасно подходит и для других «токийцев». Кроме того, с Густавом Георга объединяет еще и их любовь к природе.
Для троих друзей Георг — полюс покоя, он сохраняет хладнокровие даже среди всеобщей суеты. Он ведь самый старший среди них, но при этом не пытается никем командовать: «Я не принимаю решений за ребят, они должны сами понимать, что делают». Зато при случае он обращается к Биллу за советом во всем, что касается моды.
Георг, безусловно, хотел бы на всю жизнь остаться с Биллом, Томом и Густавом в «Tokio Hotel» и делать классную музыку. Его самая любимая песня из альбома «Schrei» так и называется: «Freunde bleiben».
Анкета: Георг
ИМЯ: Георг Мориц Хаген Листинг
ДАТА РОЖДЕНИЯ: 31.03.1987
ЗНАК ЗОДИАКА: Овен
МЕСТО РОЖДЕНИЯ: Халле
МЕСТО ПРОЖИВАНИЯ: Магдебург
РОСТ: 1м 78 см
ВЕС: 72 кг
РАЗМЕР ОБУВИ: 42
ЦВЕТ ВОЛОС: каштановые
ЦВЕТ ГЛАЗ: серо-зеленые
ОБРАЗОВАНИЕ: гимназия и частные уроки

Источник

http://s14.radikal.ru/i187/0910/6c/96fa81256a4f.gif
http://i027.radikal.ru/0711/71/33fabd9c7b34.gif

0


Вы здесь » Фанфики о Tokio Hotel » Разное » Книга "Tokio Hotel-Как можно громче!" Михаель Фукс-Гамбёк, Торстен Шац


Создать форум. Создать магазин