Фанфики о Tokio Hotel

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Фанфики о Tokio Hotel » Слеш » «Рецикл»(Слэш,Романтика,Ангст,Мистика,Психология,Ужасы,AU,макси)


«Рецикл»(Слэш,Романтика,Ангст,Мистика,Психология,Ужасы,AU,макси)

Сообщений 1 страница 30 из 38

1

http://cs406423.userapi.com/v406423245/5c95/pFhbV7KiNTs.jpg

http://s3.uploads.ru/h0Wup.jpg


"РЕЦИКЛ"

Автор: Ri-Joy_Keller

Бета: нет

Фэндом: Tokio hotel
Персонажи: Том/Билл;Билл Зальцманн, Сильвия Беккер, Томас Каулитц и др. по мере написания фика.

Рейтинг:  NC-17
Жанры:  Слэш (яой),  Романтика,  Ангст,  Мистика,  Психология,  Ужасы,  AU
Предупреждения:  OOC,  Мэри Сью (Марти Стью)
Размер: планируется  Макси

Статус: в процессе написания

Описание:
Известный молодой писатель Билл Зальцманн принимается за новую книгу, желая получить звание «Лучший писатель Германии». Конечно, многие герои и предложения, которые писались сначала, не нравятся Биллу, и он решает выкинуть листы в мусорный бак. Но однажды, придя домой, парень не находит ни листов, ни самой урны, а в его жизни начинают происходить необъяснимые события.

Публикация на других ресурсах:
Только с разрешения автора

Примечания автора:
Я первый раз пишу фик именно такого содержания, так что постараюсь вас заинтересовать и не расстроить. Проды будут выкладываться раз в неделю, но объёмные.

Отредактировано Ri-Joy_Keller (21.01.2013 17:43:21)

0

2

«… Сильвия закрыла глаза, её сердце бешено билось в районе груди. Мысли перестали посещать белокурую голову, а губы приоткрылись в немом крике.… Но, ни единого звука. Всё как в замедленной съёмке: мост рушится на глазах и пропадает в пропасти, не оставляя шанса переехать на другую сторону. Девушка развернула машину в обратную сторону и направилась в старый дом, куда возвращаться не было никакого желания…»

Поставив жирную точку в конце предложения, молодой брюнет, уставши, потёр глаза. Писать больше не было никакого желания, да и часы показывали 00:30, поэтому Билла клонило в сон. В свои двадцать один он добился многого, профессия писателя вполне привлекала его, поэтому к сегодняшнему дню Билл был в числе самых распространённых авторов. Но этого было недостаточно молодому человеку. Желание получить титул «Лучший писатель Германии» привлекало его, поэтому теперь Билл усердно писал и днём и ночью, делая незначительные передышки, чтобы перекусить, или принять душ. Парень очень любил ухаживать за собой и вполне мог гордиться своей внешностью, но этого он делать не собирался, так как быть моделью, ему было не суждено – не лежала к этому молодая душа. Разные мысли часто посещали ещё светлую голову молодого писателя, идеи лились через край, и он воплощал их в реальность, написав очередную повесть. У Билла всегда было желание писать, даже ночью в своих снах парень часто видел ещё свой недоконченный сюжет, который, просыпаясь утром, он дописывал, даже не перекусив и не переодевшись.

В детстве его часто дразнили сверстники, так как парень часто летал в облаках и совсем не торопился с ответами на любые вопросы. Многие просто считали, что мальчик со странностями, что бывает довольно часто, но родители знали, что он всего лишь придумывал какой-нибудь очередной небольшой рассказ, возможно даже и про них. Родители ошибались. Билл писал отнюдь не романтику, ни рассказы пропитанные грустью, он писал ужасы, мистику, не показывая это родителям. Но время шло, родители всё узнали и совсем не расстроились, а наоборот, помогли сыну направить свой жизненный путь в правильное русло. Если есть талант, почему бы его не поощрять. Билл до сих пор благодарен теперь уже погибшим в автокатастрофе родителям за всё, что они сделали для него, посвятив один из рассказов им.

У Билла были друзья и просто знакомые, но он не особо любил проводить вечера в шумных компаниях. Чашка горячего кофе, телевизор, тетрадь и ручка вполне привлекали его. Почему парень не писал на компьютере, спросите вы. Я отвечу – Билл просто не очень любил технику, так как глаза очень быстро уставали, а зрение хотелось бы сохранить ещё нормальным.

Потушив свет во всех комнатах своей большой квартиры, и оставив включенным лишь ночник на тумбе, Билл лег на широкую двуспальную кровать, укрываясь тёплым одеялом. Мысли снова унесли парня в нереальный мир, Билл тщательно продумывал следующий шаг своей героини, пусть даже отчаянный, но рано или поздно все её мучения закончатся. Жизнь начнет свой отсчет с самого начала, и, возможно, Сильвия не будет помнить страшные события, произошедшие с ней. Но это все потом, а пока… Молодой писатель удобнее устроился на взбитой подушке, засыпая, чтобы вновь встретиться с героями своего ужастика…

Наутро Билл проснулся со свежими мыслями и мог сразу начать писать, но парень не сделал этого, он лишь поставил заметку в личном дневнике, что уже придумал название следующей главы, а сам ход событий он додумает, когда начнет писать. В планах молодого человека сегодня были назначены три важных дела: сходить в магазин за продуктами, навестить свою лучшую подругу, а ещё лучше пригласить её в кафе, и встретиться со своим главным врагом в писательском деле – Клаусом Хантер.

Несмотря на то, что Клаусу было уже тридцать два, и писал он уже довольно давно, мужчина все равно участвовал в конкурсе и желал, как и любой другой писатель, победы. Биллу, конечно, не нравился этот мужчина с приевшейся улыбкой тонких губ и лысой головой. Парень искренне не понимал, что женщины и девушки находят красивого в Клаусе, но догадка была. Деньги. Как правило, деньги правят миром.

Совсем немного подкрасив глаза чёрной подводкой, Билл надел свою любимую кожаную куртку поверх прочей одежды и направился в магазин. У Зальцманна была машина и довольно дорогая, но он не любил на ней ездить, так как парень переживал за себя и своё здоровье. Понятное дело, парень целыми днями находится дома, не бывая на свежем воздухе. Врачи негодовали, но Билл имел своё мнение по этому поводу.

Молодой человек закупил продукты и направился домой, разглядывая природу вокруг. Для него было чудесно видеть, как распускаются деревья, как перелетают птицы с ветки на ветку, и как дует ветер, в разные стороны, шатая ещё полуголые деревья. Ничего, ещё чуть-чуть и каждое стройное дерево можно будет посылать на показ мод. Ведь как они прекрасны, окутанные со всех сторон листьями и, возможно даже фруктами. Настроение Билла потихоньку прибавлялось, ему хотелось улыбаться прохожим и пожимать каждому из них руки, хотелось петь и танцевать, не обращая внимания на людей. Пусть они подумали бы, что Билл сумасшедший, но ведь они просто не знали бы причину его радости. Хорошее настроение должно быть у каждого, всё плохое и негативное нужно оставлять дома. Как жаль, что многие пренебрегают этим правилом.

Созвонившись с подругой, парень подъехал из дома к небольшому, но уютному кафе. Можно было бы пригласить девушку в ресторан, но на это нужно время, которого у Билла почти не было. Парень заказал столик и прочитал меню, дожидаясь подругу. К слову, у самого Зальцманна не было девушки, так как не было на неё времени, да и не каждая девушка смирится с тем, что её избранник проводит целый день в компании исписанных листов и ручек. Печально, но Билл лишь пожимал плечами и отвечал, что его вполне всё устраивает. Наконец, двери кафе отворились и в помещение, цокая каблуками, прошла изящная брюнетка с собранными в пучок волосами на затылке. Она приветливо улыбнулась и присела напротив Билла, поправляя кофейного цвета платье.

-Прости, что я не мог встретиться с тобой раньше, у меня не было времени, Мари, - Билл виновато посмотрел на девушку.

-Ой, Зальцманн, я всё прекрасно понимаю. Ты целыми днями пишешь, конечно, ты устаёшь. Поэтому я нисколько не обижаюсь, - Мари поправила выбившуюся прядь волос за ухо.

- Я рад, что ты такая понятливая, - парень усмехнулся, - Ну, рассказывай, как ты проводишь время?

- Что тут рассказывать? Целыми днями учусь, времени совершенно нет, чтобы пройтись с подругами по магазинам, или сходить в клуб. Короче говоря, тоже вся в делах, - девушка тяжело вздохнула и сделала заказ подошедшему официанту, как, впрочем, и сам Билл. Зальцманн недоуменно посмотрел на девушку, слегка прищуривая глаза, и спросил:

- А как же твой парень?

- Алекс? – Мари отмахнулась, делая вид, что ей безразличен разговор о её парне, теперь уже бывшем, - Мы расстались, не подходим друг другу. Я не могу разорваться, мне и учиться надо и с ним проводить время, а я не могу.

-Понимаю.… Та же история, только в профиль. У меня вообще ещё нет девушки, и на ближайшие лет десять ещё не предвидится.
Друзья рассмеялись, искоса поглядывая друг на друга. Конечно, Мари знала, что Билл пошутил, но ей казалось, что дело не только в этом. Возможно, парень ещё что-то скрывает и не может ей сказать.

-Билл, а как обстоят дела с твоей новой книгой? – Мари сделала глоток принесённого кофе и с характерным стуком поставила кружку на стол. Билл откинулся на спинку стула и загадочно улыбнулся.

- Конечно же, всё прекрасно. Иначе не может быть, или ты во мне сомневаешься, дорогая моя? – парень хитро прищурился, а девушка хихикнула.

-Ну, что ты, Билл, я никогда в тебе не сомневалась. А о чем твоя книга, ты ведь так и не рассказал мне? – Мари обиженно фыркнула.

- Это долго рассказывать, сама знаешь, насколько у меня это может затянуться. Поэтому я постараюсь быть краток. Итак, молодая девушка, по имени Сильвия переезжает в новый дом, конечно же, в другом городе. Ходят слухи, что этот дом хранит в себе тайны, и того, кто туда поселится, ждут необъяснимые явления и обстоятельства. Впрочем, что и начинает с ней происходить, - Билл закончил повествование и перевел взгляд на девушку. Хотелось рассказать ей ещё больше, но это было бы не к чему. Суть рассказа он ей передал, а дальше она всё может прочитать, если захочет. Тем более что Мари не особо-то и слушала парня. Её взгляд был прикован к столику напротив, где сидел её бывший, в компании какой-то незнакомки.

- Очень интересно…- заторможено произнесла девушка, хмуря своё лицо, - Ты, как и всегда оригинален, я надеюсь, что ты победишь.

- Большое спасибо, Мари. И да, особо не смотри в ту сторону, будь сильнее, - Билл передвинул стул и сел так, чтобы закрыть весь обзор девушке.

-Но, Билл! – Мари протестующее пнула парня под столом, - Дай мне хоть раз взглянуть на эту тварь.

- Я сказал нет, тебе и так достаточно проблем в жизни…

0

3

После милой беседы с подругой, Билл отправился в студию, где его уже должен был ждать Клаус для очередного разговора о соперничестве. Всё шло не по плану, Билл совершенно не хотел ни о чём рассказывать этому человеку, но раз мужчина просил, молодой писатель не мог отказать.

Плавно припарковавшись у модного здания с вывеской о предстоящем конкурсе, парень вышел из машины, кивнув прохожим. Его цель была назначена – не говорить ни с кем, кроме самого Клауса. Билл поднялся по лифту на второй этаж и без стука в дверь прошел в комнату, называвшуюся личным кабинетом Клауса Хантера. Мужчина сидел в своем кресле, закинув ноги на стол, и небрежно развалившись на кресле, курил. Запах неприятного дыма наполнил помещение, заставляя Билла поморщиться, вместо приветствия.

- Наконец-то ты пришел! – Хантер спустил ноги на пол и, встав, протянул руку вошедшему парню.

- Поверь, Клаус, у меня не было никакого желания являться в твою обитель, тем более для личного разговора. Неужели случилось что-то необъяснимое, что ты решил обратиться за помощью ко мне, обычному писателю мистику? – Билл скривил губы в ухмылке и, пожав руку мужчине, присел кресло.

-Не язви, Зальцманн, ещё не дорос,- Клаус чуть улыбнулся, но Биллу показалось, что это была немного вымученная улыбка, - И вообще, давай лучше перейдем сразу к делу…

-Полностью с тобой согласен. Так зачем ты звал меня?

- Билл, у тебя не происходили никакие странные вещи в последнее время? – Хантер сложил руки на груди, слегка наклонив голову в бок. Парень на мгновение задумался, прикидывая мысленно последние дни, но не найдя ничего такого, уверенно ответил:

-Нет, а что? Тебе причудились розовые слоники? – Билл прыснул в кулак, всем своим видом показывая, что ему совершенно не интересно, что там нафантазировал себе мужчина. Клаус нахмурился.

-Билл, я имею в виду – у тебя не пропадали вещи? Ручки, тетради, в конце концов, компьютер!

-Клаус, ты, наверное, переработал, сходил бы ты отдохнул, а то ты уже перегрелся, наверное, сидя у себя дома за компьютером, - парень мило улыбнулся, вставая с места, - Это всё? Для этого ты меня звал? Для того чтобы поделиться своим разыгравшимся воображением?

- Ты совершенно не серьёзный человек, Зальцманн. Я тебе дело говорю, а ты так …- мужчина, уставши, потёр виски. Говорить больше ни о чём не хотелось, да и он больше не видел смысла, что-то рассказывать молодому писателю. Билл всегда был таким, его волновали только собственные нужды, переживания, события, вещи. Главное, в чём Хантер точно убедился, так это то, что Билл действительно сильный противник. Он ни слова не сказал о себе, о своей новой книге, о своих новых идеях. Правильно, кому это было надо? Сколько Клаус не пытался стать другом Билла, он всегда терпел полный провал. Юноша предпочитал обходиться без чужих подсказок и, возможно, всерьёз решил выиграть конкурс.

- А ты, - Билл задумался, - А ты мне противен, поэтому я не желаю никакого общения с тобой. А приехал я сегодня, чисто, ради интереса.

-И как? Удовлетворил свои интересы?

-Вполне. И сделал кое-какой вывод для себя.

-Какой же?

- Ты рехнулся, причем реально,- парень склонился в услужливом поклоне и покинул кабинет, оставляя после себя приятный парфюмерный запах. Клаус сжал кулаки от негодования. Мальчишка, а такой наглый и высокомерный, что вполне подходило для достойного противника. Пусть у Хантера появились проблемы со своей новой книгой, пусть он подлечится в психиатрической больнице, но он просто обязан выиграть и не сдаваться.

Ведь это того стоит.

Отредактировано Ri-Joy_Keller (21.01.2013 16:16:38)

0

4

привет,я Юля)темка заинтересовала,такое ни разу еще не читала!принимай читателя;)

0

5

Юлиана89 написал(а):

привет,я Юля)темка заинтересовала,такое ни разу еще не читала!принимай читателя;)


Привет, приятно познакомиться) Принимаю, конечно, в читатели))

Отредактировано Ri-Joy_Keller (21.01.2013 15:50:23)

0

6

Вечером молодой писатель снова принялся за работу. Его главная героиня рассказа – Сильвия, снова должна была пережить очередное происшествие, но мысли никак не желали посещать голову Билла. Парень прикусил колпачок ручки зубами и удобнее уселся за письменным столом.

Что делать, когда вдохновение пропадает? А ведь виноват был во всем Клаус, задавший именно такие неуместные вопросы Биллу. Теперь из мыслей брюнета никак не выходили его слова, о пропаже вещей. Странно, у Билла всё было на месте, от шариковой ручки, до жалкого листа бумаги.

Внезапно раздавшийся звонок из телефонного аппарата, прервал ход мыслей Зальцманна. Он раздражённо откинул в сторону уже слегка погрызенный колпачок от ручки и подошёл к тумбочке, на которой стоял телефонный аппарат. Звук из телефона не прекращал раздаваться, поэтому парень нажал на кнопку громкой связи, не снимая трубку аппарата, нагнулся, прислушиваясь к звукам из телефона. Ничего не было слышно, кроме непонятного хрипа и шагов, раздававшихся из трубки эхом. Билл нахмурился, не понимая в чём дело. Недолго думая, он поднял трубку и приставил её к уху.

-Алло? – Голос Зальцманна звучал немного приглушенно, из-за непонятных чувств, забравшихся в душу писателя. Никто не отвечал на том конце провода, лишь отчетливее стал слышен хрип и шаги, как будто этот человек был рядом. Билл положил трубку на место, не желая больше слушать эти хрипы, и огляделся по сторонам. Ничего необычного, все, как и раньше стояло на своих местах, а в коридоре никого кроме самого Билла не было.

Зальцманн глубоко вздохнул и направился на кухню, чтобы немного выпить воды, но резко остановился, прислушиваясь к звукам, раздававшимся с ванной комнаты. Звук воды, льющейся из крана, отчётливо был слышен даже в коридоре. Парень решил, что это он не выключил кран, когда выходил из ванной, поэтому сменил курс направления и зашел в ванную комнату. Вода была повсюду: в самой ванне, на полу и уже почти вытекала из комнаты, оставалось совсем чуть-чуть…

Билл охнул от такой картины и, шлёпая босыми ногами по мокрому полу, подбежал к крану, тут же перекрывая его. Зальцманнн посмотрел на своё отражение в воде и чуть улыбнулся. Он никогда не видел себя таким перепуганным, лишь в пятом классе, когда со школы домой принёс двойку по математике. Родители не ругали его, как ожидал Билл, но после этого он никогда больше не приносил отрицательных оценок домой.

Воспоминания, как же они сейчас не уместны, да и не было смысла уже что-то вспоминать из прошлого. Его уже не вернёшь.

Билл спустил мутноватую воду из ванны, протирая края губкой, предназначенной для мытья. Неожиданно его взгляд зацепился за небольшой клочок длинных белокурых волос, которые вот-вот должны были спуститься в место для слива. Он подцепил ладонью прядь волос и вытащил из воды, растягивая их на всю длину.

«У Сильвии Беккер были белокурые длинные волосы, которые доставали ей почти до поясницы. Девушка очень любила свои волосы, поэтому, никогда не позволяла лезвиям ножниц прикасаться к ним…»

0

7

Как по приказу в голове парня всплыли строчки из его начатого рассказа. Билл испуганно огляделся по сторонам, в ожидании увидеть кого-нибудь, но никого не было.

Внезапно тишину снова нарушила неприятная трель звонка телефона, отчего парень вздрогнул, роняя из рук белокурые волосы и, не отрывая от них взгляда, постепенно начал отступать назад от ванны. Телефон продолжал настойчиво звонить и раздражать Билла, поэтому он с охотой покинул ванную комнату, направляясь к телефонному аппарату. Парень снова нажал на громкую связь, но на этот раз не наклонился для того, чтобы послушать, а наоборот, отчаянно смотрел по сторонам, прислушиваясь, к теперь уже знакомому хрипу из телефона. Хрип и шипение становились громче, сердце молодого писателя часто забилось от страха. Что происходило, он не мог понять. Он боялся понять, надеясь, что это всё ему снится.

Билл нажал на кнопку «сбой» и отклонил неизвестный вызов. В доме наступила полная тишина. И это пугало ещё больше.

Внезапно Биллу пришла сумасшедшая мысль, и он решил сразу же воплотить её в реальность. Парень побежал в свою спальню, тут же присаживаясь за письменный стол и принимаясь писать продолжение своего рассказа…

«…Сильвия, молча, слушала назойливое хрипение и шипение, раздававшееся из трубки. Её сердце готово было вот-вот выпрыгнуть из груди, но она мужественно продолжала слушать странные звуки, наполнившие её дом. Девушка надеялась, что это лишь розыгрыш, что ничего плохого в этом нет, но глубоко засевшее в душе чувство страха, подсказывало ей, что это все неспроста…»

Билл стёр последние два слова, чтобы придумать что-нибудь другое, более подходящее и огляделся вокруг. Его взгляд наткнулся на разбросанные по всей кровати листы – чистые, ещё не исписанные ровным почерком писателя. Он удивлённо вздохнул и отложил на время тетрадь с рассказами, чтобы прибрать этот беспорядок на его кровати. Уже немного опасаясь, Билл медленно подошел к кровати, вытягивая вперёд руку, чтобы взять один лист. Его рука приближалась все ближе и ближе к назначенной цели, сантиметр за сантиметром… Внезапно, лист, к которому тянулся молодой парень, подлетел в воздух и, совершив плавный пируэт над кроватью, приземлился на пол. Зальцманн испуганно вскрикнул, отпрыгивая назад к стене и не отводя взгляд от остальных белых листов, которые так же плавно закружились в воздухе, опускаясь на пол. Всё было нереально, как будто Билл находился в какой-то сказке, но уж явно не доброй. Собравшись духом, молодой писатель ринулся к столу за тетрадью, чтобы ещё дописать пару строк, но неожиданно раздавшийся звонок в дверь, остановил парня на полпути.

0

8

Фига себе!!!!!так классно!!блин,это шипение  меня напугало...меня один раз так друзья подкололи!!я думала с жизнью распрощаюсь...очень верю в мистику!!хДД

0

9

Юлиана89 написал(а):

Фига себе!!!!!так классно!!блин,это шипение  меня напугало...меня один раз так друзья подкололи!!я думала с жизнью распрощаюсь...очень верю в мистику!!хДД

Спасибо))) О___О, тебя так пугали? Не хочу, чтобы меня так же)))) В мистику можно верить, но в определённых количествах хддд)))

Отредактировано Ri-Joy_Keller (22.01.2013 17:00:31)

0

10

Билл подбежал к двери, снимая все щеколды и замки, и резко распахнул её. Сердце парня бешено билось в груди, губы подрагивали, а руки напрочь отказывались подчиняться командам мозга. Зальцманн поднял бегающий взгляд на пришедшего нежданного гостя и сделал шаг назад.

-Неужели?- голос парня звучал неуверенно, как будто он совершенно не то хотел сказать. Мужчина, стоящий напротив него, неуверенно переступал с ноги на ногу, не решаясь войти, и постоянно нервно дергал пуговицу на сером пальто.

-Билл, я так рад, что снова вижу тебя…- прошептал мужчина, растягивая губы в неуверенной улыбке.

-Что? Зачем ты тут? – молодой писатель снова сделал шаг вперёд, как бы преграждая путь в дом. Мужчина и так всё понял без слов, но уходить не собирался. Он видел, что с парнем что-то не так, что он чем-то обеспокоен.

-Я звонил тебе на домашний телефон несколько раз, но ты не брал трубку. Что-то случилось? У тебя губы трясутся…- мужчина в пальто протянул руку к губам Билла, но тот резко перехватил руку, отталкивая от себя.

-Ты мне звонил? – Билл напрягся, чувствуя, как по спине пробегает холод. Почему же тогда парень не слышал ничего, кроме хрипа и шипения? Вот в чём был вопрос.

-Да, звонил. Билл прости меня, я теперь навсегда к тебе... Приехал, - незнакомец для ещё большей уверенности кивнул, чтобы Билл ему поверил, но парень думал иначе.

-Тебе понадобилось почти два года, чтобы сказать мне об этом уверенно и без запинки. Неужели тебя жена не отпускала? – парень сложил руки на груди, выгибая бровь.

-Я тебе объясню, если ты никуда не торопишься, - мужчина опустил голову.

-Я не тороплюсь, но…- парень оглянулся назад, высматривая – не изменилось ли что-нибудь за его короткое отсутствие, но, не найдя ничего подозрительного, повернулся назад и продолжил: - Но в свой дом я тебя не пущу.

- Я не напрашиваюсь, Билл, - мужчина сделал короткую паузу, словно собираясь мыслями, и проговорил: - Понимаешь, когда я с тобой познакомился, я ещё не знал, что моя жена беременна. Я обещал тебе в тот день, что расскажу ей о нас и уйду, но…

-Узнав, что твоя жена беременна, ты не смог её бросить, - продолжил за мужчину Билл, слабо улыбаясь.

-Да, ты прав. Поэтому я и уехал с ней, ничего не сказав тебе, мне было стыдно.

-За что? За то, что вовремя не узнал о беременности своей жены и дал мне надежды?

-Марк, тебе не стоило так делать. Тебе нужно было предупредить меня, я бы всё понял. А ты понимаешь, что ты сделал? Я ждал тебя до последнего, звонил на твой номер раз по десять на дню, а в ответ что? Я тебе отвечу – частые гудки, вот что! – парень беспомощно запустил ладонь в волосы, хватая их у основания и с силой сжимая. Мужчина, которого, как оказалось, звали Марк, тяжело вздохнул и протянул ладонь парню.

- Билл, ты примешь меня?

-Нет, - Билл отрицательно замотал головой, отходя назад от мужчины, - Уходи, тебе здесь больше не место. Для тебя нет больше места в моём сердце. Я совершенно забыл о тебе, и если бы ты не явился сегодня, возможно, я бы и не вспомнил о тебе никогда.

- Я бросил жену ради тебя, ребёнка... Так ты платишь мне за это? - от безысходности мужчина готов был рвать на себе волосы, завопить на всю улицу, но он держался, несмотря на то, что это было очень трудно. Он не хотел и не собирался входить в положение парня, требуя, чтобы Билл не вел себя как эгоист.

-Что?! – Зальцманн вскрикнул от такого заявления, удивлённо уставившись на Марка, - Ты винишь меня во всём? Это я сбежал, дав надежды на будущее? Это я сейчас стою в дверях твоего дома и прошусь назад, чтобы всё было как прежде? Это я поступил как эгоист? Да?

0

11

-Нет, Билл, но я искренне хочу, чтобы мы всё вернули на свои места, как прежде. Я хочу начать сначала.

Мужчина потянулся к парню за поцелуем, но, резко отшатнулся, спускаясь на одну ступень с порога вниз, получив мощный удар ладонью по щеке.

-За что?! – мужчина взвыл от злости и негодования, держась за щёку.

- За всё, - Билл надменно улыбнулся и захлопнул дверь перед носом мужчины. Был ли смысл приходить к Биллу спустя почти два года? Что он хотел увидеть здесь? Ту же слепую любовь и обожание? Этого больше нет в душе Зальцманна, но это было когда-то. Возможно, не сейчас, а, может, спустя ещё несколько лет парень полюбит так, как любил когда-то этого мужчину. А пока у Билла появились другие проблемы, новые цели, которых он просто обязан добиться.

Парень перевел дух после неожиданного разговора с прошлым и направился в свою комнату. Писать что-либо не было уже сил. Этот разговор отнял у Билла все силы и мысли, чтобы хоть что-то соображать. То, что было написано на листах тетради, парень помнил и не забыл о происшествиях в его комнате, в ванной…
Что это было? Неужели Билл тоже сходит с ума и ему всё мерещится? Парня не привлекала перспектива проходить курс лечения в психиатрии и уподобиться душевнобольным. Но всё то, что происходило с ним было за гранью реального. Такого не существовало, по мнению Билла. Сильвия, девушка из его придуманного рассказа всего лишь персонаж и не было смысла верить в то, что она была в его доме. Всё это Биллу причудилось, по крайней мере, этим он себя успокаивал.

Решив, что ему хватит на сегодня приключений, парень выключил свет в доме, погружая его в полную тьму, и на ощупь добрался до своей кровати. Спать хотелось ужасно. А ещё хотелось, чтобы всё произошедшее с ним оказалось сном. Уже засыпая, Билл вспомнил, что так и не убрал ванную комнату и не проверил, где листы, летавшие по его комнате, но встать не было никаких сил.

0

12

Утро следующего дня встретило Зальцманна назойливыми лучами солнца, проникавшими сквозь неплотные занавески окон. Билл поморщил нос и, фыркнув от негодования, поднялся с кровати, поняв, что заснуть теперь он больше не сможет. Парень принял душ по расписанию, позавтракал, все, как и раньше, но непонятное чувство в груди все равно давило его изнутри. Зальцманну казалось, что пока он сладко спал, в его доме всё равно кто-то был. Ему казалось, что всё лежит не на своих местах, что стакан, который, казалось бы, ещё вчера стоял рядом с графином, наполненным водой, теперь стоит на обеденном столе; что его расчёска вчера лежала на туалетном столике, а теперь почему-то лежит на подоконнике в зале. Всё было странно, и этого боялся Билл.

В какое-то мгновение парню показалось, что он так и останется один до конца своей жизни, и никто не вспомнит о нём, пока Билл не скончается от тяжёлой болезни. Но, вовремя отогнав от себя такие мысли, Зальцманн прилично оделся и, покрасовавшись немного перед зеркалом и прихватив с собой бумажник, вышел на улицу. Погулять по парку, набраться побольше вдохновения – было главной задачей на данный момент. И что самое важное – никаких негативных мыслей, разве что о собственном рассказе.

Билл пешим ходом добрался до центрального парка города, наслаждаясь теплой погодой и встречным ветерком. Вокруг было много людей, которые куда-то спешили по своим делам, не обращая друг на друга внимания, лишь влюблённые пары, держась за руки и о чём-то счастливо болтая, сидели на разных скамейках. Возле фонтана было пусто, так как ещё не было жарко и не было необходимости сидеть возле прохладной воды.

Зальцманн подошёл к одной из скамеек возле фонтана и присел на неё, разворачиваясь лицом к воде. Вода – его стихия, парень с детства любил плавать и нырять на большую глубину, несмотря на предупреждения взрослых о том, что это опасно. Но что опасно, то и привлекает и делает запретный плод ещё заманчивее и желаннее. Для Билла это не стало исключением, и он с наслаждением продолжал делать так, как ему заблагорассудится. Парень, молча, смотрел в воду на своё отражение, замечая, что на небе стали появляться грозовые тучи. Это его не пугало совсем, а наоборот – прогуляться под дождём, да ещё и с раскатами грома было чем-то вдохновляющим, подходящим для его мрачного рассказа.

Билл склонил голову набок, приглядываясь к отражению в воде. Люди, завидевшие грозовые тучи, поспешили покинуть парк, надеясь, что успеют добраться до дома ещё до того как пойдёт дождь.

Парень скучающим взглядом оглядел прохожих и удаляющихся людей, снова посмотрел на фонтан, который приобрел грязновато-серый оттенок воды. Внезапно, когда Зальцманн в своём отражении посмотрел за спину, ему показалось, что там стоит белокурая девушка и закрывает лицо белыми прядями волос…

-Сильвия…- вырвалось у Билла, и он резко развернулся, встречаясь взглядом с холодными и пустыми глазами девушки из рассказа. Та откинула волосы назад, чтобы они не мешали разглядеть ей писателя, и растянула губы в надменной улыбке. Парня начало заметно потряхивать, он беспомощно вжался в спинку скамьи, сглатывая. Хотелось бежать, кричать, что такого не может быть, что он не сумасшедший, что это всего лишь игра его воображения, что это несуществующий персонаж, которого реально нет... Страх - вот что овладело молодым писателем; страх перед неожиданно нарисовавшимся перед глазами персонажем из книги.

Девушка, молча, улыбалась, наблюдая за реакцией Билла, и сделала шаг вперед, ближе подходя к парню. Билл тоже подался вперед, всматриваясь в её глаза, на месте которых красовались две чёрные дыры, что портило её внешность, которую Билл тщательно продумывал темными вечерами. Вдали загремел гром, но вспышка молнии пронеслась с сумасшедшей скоростью перед лицом Зальцманна, унося за собой призрак. Парень не успел даже моргнуть, как её уже не стало. Чёрные тучи нависли над городом, постепенно роняя крупные капли дождя на прогретую солнцем землю. Грудь Билла взволнованно вздымалась, дыхание никак не восстанавливалось.

Зальцманн решил для себя – он сошёл с ума.

Подорвавшись с места, Билл помчался домой, ловя ртом не достававший воздух, который резко закончился в лёгких парня. Капли дождя беспощадно хлестали писателя по щекам, оставляя чёрные отметины на щеках из-за туши. Билл забежал в знакомый переулок, где не так сильно бил дождь, и облокотился о стену спиной, постепенно съезжая по ней вниз. Не важно, что его новая куртка испачкана грязью со стен; не важно, что Билл сейчас выглядел, как побитый котёнок. Всё это было мелочи по сравнению с происходящим.

Ледяной ветер подул со стороны уходящего вглубь переулка; потемнело, как будто уже наступала ночь. Билл выпрямился в полный рост на негнущихся ногах и повернулся лицом к ветру. Ожидая чего-то нового, он всматривался вглубь переулка, рукавом куртки вытирая потеки под глазами. Дождь полил как из ведра, заслоняя собой весь вид на улицу, поэтому Билл шмыгнул носом и поплелся вглубь, не обращая внимания на ливень и на сильный ветер, который ужасно мешал идти вперёд. Неожиданно, одна из рам на окнах хлопнула со всей силы, и стёкла, не выдержав такого мощного удара, рассыпались на мелкие осколки, которые тут же посыпались на испуганного Билла. Он вовремя успел убежать от того места, оставаясь целым и невредимым, но сердце, и без того перепуганное, буквально упало в пятки.

-Просто везение какое-то, - подумал парень про себя и ускорил шаг, чтобы быстрее перейти на другую улицу - более широкую и безопасную. Вдохновение снова посетило парня, заставляя ожить его талантливый ум, для следующего сюжета рассказа. Зальцманн поспешил скорее в свой дом, сначала не обратив внимание на то, что тучи уже прошли, а оставались лишь небольшие облака, которые изредка покрапывали каплями дождя.

Молодой писатель подошёл к двери своего дома и взглянул на небо, ещё больше удивляясь - неужели это тоже стоит записать в рассказ? Этот вопрос был риторическим, но парень поспешил его воплощать в жизнь. Зайдя домой, Билл тут же поспешил в ванную. Когда парень привёл себя в более менее приличный вид, он с удовольствием сел за письменный стол и принялся писать…
«… Девушка дрожала всем телом. Капли дождя нещадно били её по щекам, но она упорно двигалась вперед. Где-то хлопнула рама, так что был слышен звон разбивающегося стекла. Сильвия невольно вздрогнула, представляя как стекло падает на неё, оставляя на её теле глубокие кровавые раны, которые могли бы и загноиться…»

Билл поставил многоточие и задумался. По сюжету стоило бы что-нибудь сделать с девушкой, но было жалко, так как парень сам переживает за своего же героя. Получался полный бред, который он никак не мог раскрутить; стало тяжело придумывать дальнейшие события. Молодой писатель от негодования и злости сжал в кулаке листы, на которых он писал рассказ, и бросил их в близ него стоящую урну для мусора.

-Нужно придумать новый сюжет, а не этот бред, из-за которого мне стало всё казаться,- в сердцах подумал Зальцманн и достал новую тетрадь, для нового рассказа. Билл настолько увлёкся своими мыслями и новым рассказом, что даже не заметил, как мимо его комнаты промелькнуло две тени, скрываясь в ванной комнате, и зажурчала вода...

Всё повторялось сначала.

0

13

упс...я кажется пропустила *немного*
что это за чмо по имени Марк?про него еще будет что-нибудь?
Знаешь,я тут один фильм вспомнила,там тоже про какую то книгу было...там короче отец и дочь читая эту книгу могли*доставать*оттуда  героев.ну типа на каком то волшебном языке читали..а в конце,самого автора отправили в тот мир,который был в книге...

0

14

Юлиана89 написал(а):

упс...я кажется пропустила *немного*
что это за чмо по имени Марк?про него еще будет что-нибудь?
Знаешь,я тут один фильм вспомнила,там тоже про какую то книгу было...там короче отец и дочь читая эту книгу могли*доставать*оттуда  героев.ну типа на каком то волшебном языке читали..а в конце,самого автора отправили в тот мир,который был в книге...


От Марка ничего не будет. Начинается новая стадия - Томовская )))
Я не смотрела такой фильм,но хотелось бы - подскажете название?)

0

15

***

На следующий день всё было как обычно: Билл выпил кофе, послушал мелодичную музыку и решил, что пора браться за рассказ. Как вы уже поняли, за ночь в доме писателя ничего не произошло, Билл крепко спал, а его рукописи, которые он выкинул, так и лежали в мусорном баке. Но это только ночью. Когда Билл подошёл к письменному столу утром, чтобы прихватить с собой на кухню тетрадь, он мельком взглянул в урну, но там ничего не было, как, впрочем, и её самой. Зальцманн огляделся оп сторонам в поисках урны, но, не найдя ничего, вышел в коридор, чтобы посмотреть – а вдруг там? Но и в коридоре ничего не было, как и во всех комнатах, Билл тщательно всё проверял, но это не дало результата.

Наконец, когда уже терпению парня пришел конец, и он обессилено рухнул на белоснежный диван в гостиной, со стороны кухни послышались тихие шаги. Билл напряг свой слух, прислушиваясь к шагам, но как на зло они притихли. Тогда парень, прихватив с собой увесистую вазу со столика, поднялся со своего места и направился в сторону кухни. Беспомощно оглядываясь по сторонам, Зальцманн выставил вазу вперед, чтобы, если что, защищаться ею, и прошел на кухню. Всё как обычно лежало на своих местах, в комнате никого не было, кроме самого Билла. Писатель, облегчённо вздохнув, опустил руки и направился в сторону крана с водой, как вдруг сзади снова послышались шаги, но на этот раз шаги не отдалялись, а наоборот – приближались. Парень замер на месте, чувствуя, как что-то холодное касается его спины, а шаги замерли сзади него. Билл развернулся лицом к незнакомому человеку и испуганно отступил назад. На него смотрела полуголая девица, которая прикрывала свои бедра тонкой материей шелкового платка.

- Ну, что смотришь, писатель? – голос девушки был похож на шипение змеи, а глаз не было видно – на их месте красовались чёрные дыры. Да, в этой девушке Билл узнал Сильвию Беккер, но как?

- Ты лишь плод моего воображения. Это неправда, - зашептал сам себе Билл и зажмурил глаза, чтобы не встречаться взглядом с глазами белокурой. Девушка хрипло засмеялась, стягивая с бёдер платок и натягивая его на свои плечи. От неё пахло сыростью и веяло могильным холодом, как будто перед молодым писателем стоял вовсе не человек, а привидение, а ещё хуже – мертвец.

- Билли, ну, что же ты не смотришь на своего же выдуманного персонажа? Неужели я так противна тебе? - Сильвия отошла от парня, усмехаясь тому, что он так и стоит с закрытыми глазами и что-то шепчет, не обращая внимания на обстановку вокруг.

- Уходи туда, откуда пришла, - Зальцманн выдохнул и открыл глаза, всё ещё не веря в происходящее. Казалось бы – ну, встретил своего же персонажа из книги, ну говорит она с тобой, ну и пусть у неё вместо глаз две чёрные дыры – что с того? Страх – от этого не зарегистрирован ни один человек. Это касалось и самого Билла.

- Я не могу, я обещала всем тебя убить, - буднично произнесла девушка, присаживаясь на стул, при этом, не переставая буравить взглядом писателя. Билл, молча, попятился к окну и выглянул в него, решаясь – прыгать или не прыгать. Но, к большому удивлению парня, за оком ничего не было: пустота, черная мгла, окутавшая город. Зальцманн отступил от окна как ужаленный, на что Сильвия засмеялась – мерзко, отвратительно, насмешливо.

- Ты дурак, Билл. Неужели тебя не волнует вопрос – откуда я здесь?

- Волнует, но я всё ещё надеюсь на то, что сплю, - писатель сглотнул от волнения и перевел взгляд на девушку. Та спокойно сидела за столом и продолжала улыбаться.

- К сожалению, ты не спишь. Это реальность…

- Но как? – Глаза Билла расширились от удивления, сердце забухало где-то в животе, хотя, по идее, должно биться в груди. Сильвия откинула прядь своих волос назад и приподнялась с места, с интересом разглядывая кухонные ножи, которые висели над полкой с тарелками.

- Никак, в этом твоя вина. Твоя вина, что я такая: что вместо глаз у меня бездонные дыры, что вместо доброго сердца у меня холодный камень. Ты во всём виноват! – девушка резко развернулась к ошеломлённому парню и, скинув с себя платок, схватила один из ножей и бросилась на Билла.

Зальцманн вовремя подорвался с места и увернулся от мощного удара ножом, который застрял в раме окна. Девушка с рыком вырвала нож из рамы и помчалась за Биллом, который бросился в свою комнату, запирая за собой дверь. Парень часто дышал от пережитого ужаса. Он обеспокоенно оглядел комнату, надеясь, что тут никого нет, но стоило ему повернуться в сторону ванной комнаты, как дверь резко распахнулась, а мимо Билла пролетел нож и вонзился в противоположную стену. Зальцманн завизжал от испуга и снова бросился к двери, отпирая её. Он понимал, что в доме находиться небезопасно. Но как теперь бежать? Разъяренная девушка спокойно вышла из ванны и подошла сзади к Биллу, который не заметил её и ругался на заевший замок.

- Что? Заело? – девушка выглянула из-за плеча писателя. Рука Билла замерла на месте, а сам он напрягся как струна.

- Отойди… - его голос звучал глухо, но Сильвия всё равно расслышала его. Она усмехнулась и подошла к стене, из которой торчала рукоять ножа. Взяв нож, девушка провела острым лезвием по своей груди, сильно надавливая, отчего кровь потекла по её соскам, капая на пол. Билл вжался в дверь, понимая, что уже ничего не может сделать против холодного оружия, но надежда всегда умирает последней. Парень бросился к окну, отталкивая с прохода Сильвию. Та охнула от неожиданности и побежала за ним. Схватив парня за волосы, Сильвия потянула Билла на себя, но парень крепко вцепился руками в подоконник, отчаянно отпихивая от себя девушку.

Внезапно, дверь спальни резко распахнулась, с силой ударяясь о стену, и в комнату забежал неизвестный парень, ища глазами Билла. Зальцманн не успел разглядеть вошедшего, так как его выдернули из рук девушки и отшвырнули в сторону. Билл испуганно наблюдал за тем, как двое катаются по полу в попытках задушить, и не щадя друг друга.

-Билл, в окно! Прыгай! – неожиданно прокричал неизвестный Зальцманну, и Билл тут же ринулся к окну. Последнее, что помнил парень, это отчаянный крик девушки и легкое дуновение ветра, которое обдало свежестью лицо парня.

А дальше… Пустота.

0

16

Ri-Joy_Keller написал(а):

От Марка ничего не будет. Начинается новая стадия - Томовская )))
Я не смотрела такой фильм,но хотелось бы - подскажете название?)


Чернильное сердце!!!!я оочень долго искала и все же нашла))

Отредактировано Юлиана89 (26.01.2013 21:15:16)

0

17

Ааааа...фак!фак!фак!!чтооо это??какая ужасная и не добрая девочка!я бы не хотела с ней дружить!!хДД...!что Билл то ей сделал плохого?
Это Томча вбежал в комнату?и что это с городом?эта темнота типо портал??))
Жду еще)) С НЕТЕРПЕНИЕМ!!

Отредактировано Юлиана89 (26.01.2013 21:34:19)

0

18

Юлиана89 написал(а):

Ааааа...фак!фак!фак!!чтооо это??какая ужасная и не добрая девочка!я бы не хотела с ней дружить!!хДД...!что Билл то ей сделал плохого?
Это Томча вбежал в комнату?и что это с городом?эта темнота типо портал??))
Жду еще)) С НЕТЕРПЕНИЕМ!!


я сама с этой девочкой не дружу хддд)))) Да, это был Том))) Всё узнаешь потом - обещаю))

Отредактировано Ri-Joy_Keller (28.01.2013 21:08:58)

0

19

***

Парень очнулся от холода, который пробрал его до дрожи. Спина ужасно болела, а руки ломило. Билл даже не помнил, как он упал, и тем более не знал, куда упал. Он с трудом приподнял голову, оглядываясь по сторонам, но было тяжело, так как Билл лежал на животе, а его левая рука была подмята под себя. Обстановка вокруг не сулила ничего хорошего: пустая улица, без намёка на людей, или хотя бы животных, разбитый асфальт с колеями, а сам парень лежал на траве, в клумбе. И хотя улица была похожа на ту, на которой Зальцманн жил, всё равно были отличия – грязная, безлюдная, с какими-то непонятными сооружениями вокруг, напоминавшими детскую площадку для игр.

Билл поднялся на ноги, удивляясь, как он смог выжить при таком полёте. Он, с непонятной для него грустью, оглядел себя: одежда потрёпанна, как будто перед тем как упасть, он ещё где-то повалялся, волосы спутаны, но сейчас его это меньше всего волновало…

Хромая на одну ногу, молодой писатель медленно побрёл по улице, рассматривая все вокруг. Качели сами по себе качались из стороны в сторону, но неожиданно рядом с ними появился ребёнок с повязкой на лице, которая мешала как следует разглядеть его, лишь голубые глаза с интересом разглядывали проходящего мимо него Билла. Парень глубоко вздохнул, понимая, что находится совершенно не в своем городе и даже, может быть, не в своём мире. Но как узнать, где он?

Билл прошел несколько зданий, окна которых были распахнуты настежь, а в них стали возникать люди, так же с повязками на лице. Люди рябили в воздухе, как будто не живые, а призраки. Зальцманн часто дышал из-за накатившей на него волны страха, ему было неприятно смотреть вокруг. Тогда парень, понурив голову, ускорил шаг так, как это позволяла ему больная нога. Идти становилось тяжелее, боль становилась нестерпимой, а улица потихоньку начинала оживляться из-за появляющихся в воздухе людей. Где-то скрипела калитка, звучал стук молотка, послышался звук разбитого стекла и женский визг, за которым последовали ещё несколько душераздирающих криков. Билл бросился бежать наутёк, еле волоча за собой больную ногу. Он постоянно оглядывался, убеждаясь в том, что за ним нет погони, но люди лишь хмыкали ему вслед, будто говоря: «Ничего, ещё привыкнешь».

Писатель прибежал к заброшенному парку, где на скамье, спиной к нему, сидел некто, напевая себе под нос какую-то мрачноватую песню. Билл не мог разобрать слов, так как парень пел очень тихо, но мелодия была красивой…

Билл остановился, переводя дух, и медленно подошел к человеку. Он заглянул в лицо певшему, но разглядеть его было невозможно, так как на нём была такая же повязка, как и у всех, тем более, что и глаза его были закрыты. Голову парня украшали черные брейды, а сам он был одет в чёрную кожанку и потертые джинсы. Билл напряг зрительную память, пытаясь вспомнить – не видел ли он когда-нибудь этого человека.

Внезапно, незнакомец перестал петь и посмотрел на Билла. Зальцманн сделал шаг назад от испуга, но вовремя успокоился и аккуратно присел на скамейку, стараясь не причинить боль ноге.

- Что-то потерял, Билл? – тихим, но приятным и мелодичным голосом проговорил незнакомец. Билл в недоумении посмотрел на парня:

- Да, я потерялся. Я не могу понять, где я.

- А ты подумай, - незнакомец хмыкнул, - Очень хорошо подумай…
Билл задумался, вспоминая события, происходившие с ним до этого, но он так и не смог найти зацепку. То, за что можно было бы зацепиться. Он жалобно посмотрел на парня в чёрной куртке, но тот лишь покачал головой.

- Так и не понял?

- Нет, не понял. Я вообще не могу представить, как я здесь оказался, зачем я здесь, и кто вы такие?

- Не слишком ли много вопросов для писателя-мистика? – незнакомец слабо засмеялся, - Это словосочетание тебе о чем-нибудь говорит?

- Нет, - обеспокоенно выдохнул Билл.

0

20

- Тебя пыталась убить Сильвия, это помнишь? – незнакомец сделал особый акцент на имени и откинулся на спинку скамьи.

- Это помню… - выдохнул Билл, вспоминая некоторые моменты его борьбы с белокурой девушкой. Дрожь пробежала по его спине, отчего он передёрнул плечами.

- Ты в своем мире, Билл. В мире недоконченных книг и рассказов. Здесь собрались все персонажи, которые оказались выброшенными в урну, или удалены из файлов на компьютере, а так же сожжены в камине. Это так называемый рецикл, когда отрицательные персонажи становятся добрыми и отзывчивыми, а положительные наоборот – занимают место отрицательных.

- Поэтому Сильвия хотела меня убить? – Билл обхватил своё лицо ладонями, а глаза его выражали полный ужас.

- И поэтому я приказал тебе, чтобы ты прыгал, иначе она бы тебя убила, - незнакомец улыбнулся. Это было видно по натянувшейся повязке на лице и немного прищуренным глазам.

- Так это ты мой спаситель? - Билл растянул губы в ответной улыбке, но улыбка тут же сползла с его лица, - То есть, ты хочешь сказать, что ты был отрицательный герой?

- А ты меня не помнишь? – правая бровь парня взметнулась вверх, - А если так: сырой подвал, цепи, стонущая в адских муках жертва и голос, зловещий и издевательский раздавался поверх того. Это был не кто иной, как сам Томас Каулитц - бывший тюремный заключённый, сбежавший из тюрьмы.

- О, боже… - Билл прикрыл рот ладошкой, чтобы не закричать, - Ты мой персонаж! Я тебя помню, но я не закончил книгу, я убрал её в стол, надеясь дописать её, как только выиграю в конкурсе.

- Лучше бы ты её закончил, - с грустью отметил Том, - Я ведь теперь не знаю свою судьбу, а ещё хуже, я вообще стал не такой, как раньше. Нет грубости и насилия, это делают за меня другие.

- Прости, Том, я ведь не знал, что так будет, - Зальцманн виновато посмотрел на собеседника, - Обещаю, что допишу книгу, как только выберусь отсюда.

-Правда? – в глазах Тома загорелась надежда, и Билл утвердительно кивнул. Нелепая пауза повисла между собеседниками, но первым тишину нарушил Билл:

- Том, а здесь ведь не только мои книги, да?

- Да, - парень кивнул, опуская голову и рассматривая свою обувь.

- Но почему Сильвия появилась раньше? Ведь я ещё тогда не выкидывал рассказ.

- Но ты уже думал об этом, и она ожила, изувеченная и испорченная девка. Ненавижу её, - Том сжал кулаки, - Тебе нельзя здесь оставаться, потому что она всех настроила против тебя. К тому же, это мир не просто заброшенных персонажей, это мир ужасных персонажей, монстров и убийц, которых создавали такие же писатели-мистики, как и ты.

- Час от часу не легче, - Билл устало покачал головой, неожиданно отмечая про себя, что больная нога перестала болеть и вполне сгибалась. Зальцманн удивленно посмотрел на парня, но тот лишь пожал плечами.

-Пойдем, Билл, ты поживёшь у меня, там я тебе и расскажу, что нужно делать и как выжить здесь, - Том поднялся с места, протягивая писателю руку.

Билл молча кивнул и вложил свою руку в протянутую ладонь, поднимаясь с места. Оба парня огляделись по сторонам, и Том, резко потянув Зальцманна за руку, побежал в сторону более ухоженных домов.

0

21

хех!!так в этом мире оказывается все наоборот!ужас!...эээ Том так хочет быть злодеем?а Сильвия куда делась?

0

22

Юлиана89 написал(а):

хех!!так в этом мире оказывается все наоборот!ужас!...эээ Том так хочет быть злодеем?а Сильвия куда делась?


Том просто привык быть злодеем, ему хочется, чтобы всё встало на свои места) А о Сильвии мы не забывем - она ещё себя покажет)

0

23

Думаю, что со мной согласятся: неприятно писать, когда отписывается и читает один человек. Поэтому  не буду выкладывать здесь проды, они есть уже, конечно; но нет комментариев, соответственно нет и проды. Спасибо за внимание, и надеюсь на понимание.

0

24

Когда парни прибежали к дому Тома и зашли в него, Билл тут же прошёл в гостиную и присел на диван, протягивая ноги. Ничего не болело, но было чувство усталости и морального переутомления, так как Зальцманн искренне не понимал, что происходит и как всё вернуть на свои места. Но парень надеялся, что Том поможет ему, раз спас с самого начала, иначе бы разъярённая девушка по имени Сильвия просто напросто убила бы Билла тогда, в его доме.

В голове Билла было много вопросов, но он стеснялся задавать их Тому. К тому же, писатель боялся, что Том прячет своё лицо за повязкой, так как оно изуродовано, как и лицо Сильвии. Одно Билл помнил точно - Томас Каулитц, по его рассказу, был довольно привлекательным мужчиной, поэтому многие девушки и женщины влюблялись в него, но назад пути не было, Каулитц расправлялся с одной девушкой или женщиной и заводил новое знакомство. Билл даже вспомнил тот случай, когда жертвой Тома оказался красивый мальчик лет шестнадцати, который влюбился в него без памяти, тем самым надоедая тому своими приказами и всхлипами, что он не нужен Тому. Конец мальчика был печален – окровавленное тело со вспоротым животом нашла полиция в одном из отелей, а сам Том в это время уже развлекался с очередной жертвой. Зальцманн передёрнул плечами, как бы отгоняя эти воспоминания о книге, которую не совсем хотелось дописывать, но Билл обещал и должен был выполнить – таков принцип его работы с людьми.

Том прошёл в гостиную, мимолётно бросая взгляд на Билла, и подошел к шкафу, открывая его двери и доставая оттуда какой-то красивый пакет, повязанный розовой лентой.

- Подарок того мальчика, о котором я так некстати вспомнил, - горько усмехнулся Билл про себя, но виду не подал.

- Что это? – Зальцманн сделал удивлённое выражение лица, будто не понимал, что там. Том пристально посмотрел на парня и, развязав пакет, высыпал содержимое на пол - оттуда посыпались в разноцветных обёртках конфеты.

- Ты сам знаешь, откуда это, - Том хмыкнул, убирая пустой пакет в шкаф и закрывая дверцу, - Будь любезен, если тебе не сложно, подними эти конфеты, возьми в серванте стеклянную тарелку, положи в неё конфеты и принеси их на кухню. А я пока чай поставлю.

- Хорошо, - писатель удивленно посмотрел на конфеты. Хотелось спросить Тома, почему он сразу это не сделал сам, но парень решил особо не вмешиваться своими разговорами, тем более, что Том как-то странно смотрел на него.

Каулитц покинул комнату, гремя посудой на кухне, а Билл достал тарелку для сладостей и разложил в неё конфеты, но так как места не хватало на всё, Билл тихо достал тот самый пакет и сложил остатки в него. В это время Том зашёл в гостиную и встал в проёме двери.

- Я так и знал, что ты так сделаешь,- Том цокнул языком, растягивая губы в улыбке, но их не было видно из-за повязки. Билл повернулся к вошедшему и виновато развёл руками:

- Прости, я не знал, куда сложить остатки.

- Если ты полез туда, значит, ты можешь проверять всё в моём доме, пока меня не будет, поэтому я сразу предупреждаю тебя, писатель, – в моём доме стоят камеры видеонаблюдения, один неверный шаг и Сильвия нас найдёт, так как у меня есть то, из-за чего она может появиться здесь, - Каулитц немигающим взглядом уставился на Зальцманна и уже было хотел снять повязку, как внезапно передумал, кивком головы показывая Биллу, чтобы тот проходил на кухню. Билл чувствовал себя неловко, ведь он действительно хотел проверить дом Каулитца, надеясь, что найдёт способ вернуться домой, но, видимо, не суждено было сбыться его желанию. Он, молча, понурив голову, взял конфеты и зашел на кухню, ставя их на стол. Том тем временем уже разлил по кружкам горячий чай и поставил одну Биллу.

Писатель присел за стол, пододвигая к себе ближе кружку.

- А ты не снимешь повязку? - от волнения парень даже сжал в руках кружку с такой силой, что та могла бы и треснуть, если бы не толстое уплотнение. Том только безразлично пожал плечами и тоже сел за стол.

- Сниму, когда придёт время.

- Но мне хочется посмотреть, кого я создал и действительно ли он так красив, как я писал в книге.

- А ты сомневаешься в моей красоте? – Том иронично изогнул правую бровь, пододвигая ближе к Биллу конфеты - тот отодвинул их в сторону, не разрывая зрительного контакта.

- Ты совершенно не такой, каким я тебя описывал, это все из-за рецикла?

- Возможно, я не знаю. Ответ на этот вопрос можно получить лишь у Сильвии, то есть у зла, а я не хочу обсуждать с ней свою личность. Добро со злом не дружит, как ни крути, - добро лучше.

- Высокого ты мнения о себе, - Билл улыбнулся, маленькими глотками отпивая горячего чая, Том же в свою очередь не ел и не пил ничего, что было на столе.

- Не правда, я лишь пытаюсь убедить тебя в том, чтобы ты держался подальше от этой девки: она опасна.
- А что у тебя находится, из-за чего она может найти нас? – писатель откинулся на спинку стула, мельком глянув на холодильник, который был в непонятных красных разводах. Это немного насторожило Билла, но он вернулся к разговору, ожидая ответа от спасшего его парня. Том не торопился с ответом: встал с места, подошел к окну, приглядываясь к полупустой улице и, снова развернувшись к Зальцманну, прошептал:

- Твои рукописи. Помнишь, у тебя пропала урна с твоей тетрадью? - получив утвердительный кивок, Том продолжил, - Так вот, это был я: я забрал все твои тетради, хранившиеся у тебя в столе с недоконченными рассказами, чтобы ты их не выбросил, иначе мы навсегда останемся такими, а я, извини меня, хочу в себе прежнего Тома. Мне нравилась моя жизнь. Да, я любил убивать и не скрою от тебя, я и сейчас склонен к убийствам, но в определённых рамках. (Билл, тем временем, внимательно слушал Тома, вникая в его слова.) Мне нравилась моя развратная жизнь, а сейчас я не могу этого сделать, так как многих красивых девушек, да и парней тоже, изуродовали твои и другие недоконченные рассказы.

- Неужели ты любил то, что я писал про тебя? Том, это же плохо. Если бы я был на твоём месте, я бы ненавидел такую жизнь, - писатель встал из-за стола и начал ходить из стороны в сторону, всячески избегая холодильника.

- А за что мне любить эту, писатель? – Каулитц невесело засмеялся, сам того не замечая, как раскрывает Биллу свой приятный, хоть и грустный, смех. Зальцманн остановился на месте, через плечо взглянув на парня и прислушиваясь к приятному и мелодичному смеху. Том, отсмеявшись, продолжил:

- Здесь всё страшно и опасно. У меня ощущение того, что я загнанная в клетку птица: не выйти, не с кем поговорить по душам, некого пригласить в гости. Все стали чужими для меня, и я для них, я другой: новый, непривычный для самого себя, таинственный.

В этот момент Том подцепил пальцами повязку, решаясь – снимать или не снимать, но мысленно остановился на втором варианте, решая, что пока не стоит. Он снова убрал руку от лица, а Билл издал какой-то разочарованный вздох, что показалось Каулитцу смешным, и он улыбнулся.

- Я не сниму повязку, не мечтай.

- Я не разговариваю больше с тобой, о, плод моего воображения! – Билл обижено фыркнул и упёрся спиной в дверь холодильника, как вдруг, его как будто током прошибло, и он испуганно отскочил от двери, через плечо выглядывая на свою спину, всю перепачканную в крови…

- Том, что это?! – молодой писатель вскрикнул, срывая с себя испачканную куртку и отбрасывая её подольше от себя. Том с виноватым видом подошёл к парню, слегка приобнимая того за плечи, чтобы хоть как-то унять дрожь в испуганном парне, и выдохнул:

- Прости, не успел убрать. Это ко мне, до твоего прихода в мой дом, приходила свита Сильвии, поэтому пришлось применить особые меры.

- Что ты с ними сделал? – прошептал Билл, прижимаясь к парню от испуга. Том довольно усмехнулся, вспоминая события, произошедшие с ним накануне: как он убил одного из свиты Сильвии, отчего разозлил её, поэтому теперь она ни за что не отстанет от Тома, пока тот не отдаст ей Билла, только Каулитц не собирался этого делать, в его голове была совершенно другая идея.

- Я убил одного из них, следы побоев ты уже видел, а остальное тебе знать не обязательно, тем более, что ты очень устал.

- Ты угадал, я очень хочу принять душ, потом уснуть, а на утро проснуться и узнать, что это был лишь сон, - Билл мечтательно закатил глаза, отходя от парня на расстояние.

- Мне очень жаль тебя огорчать, - Том развел руками, - Но это все правда. Иди в душ на втором этаже, его легко найти, а я пока приготовлю тебе спальню, не на полу же тебе спать, согласись?

- Соглашусь, - писатель улыбнулся и помчался вверх по лестнице на второй этаж. Том облегчённо выдохнул, понимая, что тишины и спокойствия теперь точно в его доме не будет, как, впрочем, и в его душе.
Стоит ещё раз проверить сигнализацию, ибо теперь в доме парня хранилась более ценная вещь – сам Билл.

0

25

Ночью Билл проснулся из-за непонятного шороха в комнате, которую так любезно выделил для него Том. Парень приподнялся на локтях, осматриваясь вокруг, но из-за темноты, царившей вокруг, Билл ничего не мог разглядеть. Когда Зальцманн посмотрел в сторону двери, откуда через щель просачивался свет с коридора, его взгляд зацепился за силуэт, выделявшийся в темноте. В руках человека светился экран мобильного телефона, поэтому Билл сразу понял, что это Том.

- Я думал, ты спишь, - виновато прошептал Каулитц. Писатель скинул с себя одеяло и опустил босые ноги на пол, покрытый махровым ковром.

- Что ты тут делал? – Билл немного напрягся, постепенно привыкая к темноте. Каулитц, ничего не ответив, присел рядом с Биллом, поправил повязку на лице.

- Я не могу уснуть уже который день, - Том поправил одеяло, иногда поглядывая на Билла, который отодвинулся от парня непонятно почему.

- Почему? – тихо, едва слышно, прошептал Зальцманн.

- Из-за плохих предчувствий. Мне кажется, что что-то произойдёт, писатель.

- Мне кажется, что хуже того, что произошло со мной, уже не будет, - Билл невесело усмехнулся.

- Моё предчувствие никогда меня не обманывало, ты сам писал про это, - Том обиженно нахмурился, но молодой писатель не мог этого увидеть из-за темноты, только интонация голоса выдавала Тома.

- Прости, просто твои слова меня немного напугали, - виновато произнёс Зальцманн.

- Они напугают кого угодно. Не каждому захочется знать, что произойдёт что-то плохое, - Каулитц сделал небольшую паузу, - Послушай, писатель, мне хочется знать – есть ли у тебя мечта?

Том придвинулся поближе к парню, чтобы лучше видеть его, но Билл вновь отодвинулся к изголовью кровати. Том вздохнул и остался сидеть на месте.

- Мечта есть у каждого, - задумчиво начал Билл, - Я очень хочу выиграть в конкурсе писателей и, наконец, уехать в Нью-Йорк, чтобы не видеть нахальное лицо Клауса Хантера – это мой главный противник в конкурсе, - пояснил молодой писатель.

- Нью-Йорк… - Том задумчиво склонил голову, - Зачем тебе это? Нью-Йорк – город, пропитанный ванилью, кокаином и кровью.

- Как ты ужасно говоришь,- Билл не смог удержать в себе взволнованные нотки голоса, поэтому говорил откровенно, не стесняясь собеседника, прекрасно понимая, что только ему он может довериться.

- А ты хочешь сказать, что я не прав? – Каулитц неопределённо мотнул головой в сторону, - Я прав: это город наёмных убийц, наркодиллеров, лжи, фальши в каждом слове, проституток, развращённых богатых людей… Нет, Билл, не этого хочет твоя богатая внутренним миром душа. Ты глубоко ошибаешься. Смотри, чтобы эта ошибка не стала ценою тебе в жизнь.

Зальцманн молча смотрел на Тома, понимая, что тот определённо прав. Не в этом счастье: не в смене места жительства, не в материальных благах, а в его творчестве, в его личностной атмосфере, которую никто не должен нарушать, кроме него самого и любимого человека, которого, увы, у писателя не было. То, что называлось « любимым человеком» погасло в его душе, сменяя жизнерадостный пейзаж на скучные и плачевные ноты, от которых не хотелось жить и действовать. Можно было поспорить с Томом, разжигая ещё больший интерес к своей персоне, но почему-то Билл не стал этого делать, ему не хотелось нарушать эту идиллию. Казалось, что Каулитц сам отнюдь не убийца, а, наоборот, вполне приличный молодой человек, имеющий своё собственное мнение и полностью уверенный в себе.

- Я постараюсь не ошибаться, Том. По крайней мере, сделать это сейчас ты мне не дашь , - совершенно уверенно произнёс писатель, но Том молчал. Он так же молча поднялся со своего места и подошёл по привычке к окну. Что-то привлекло его там, отчего парень буквально впился взглядом в пейзаж снаружи и сжал край подоконника руками.

- Советую закрывать тебе занавески на ночь, - неожиданно произнёс он. Билл заинтересованно выглянул в окно с кровати, но ничего не увидел, ибо находился в невыгодном для него положении. Каулитц сам закрыл занавески, отчего в комнате стало совсем темно, и теперь Билл не мог видеть и силуэта, слоняющегося по комнате.

- Том, ты ещё здесь? – неуверенно проговорил парень, забираясь с ногами на кровать и накрываясь по уши одеялом.

Внезапно кровать прогнулась рядом с Биллом, и Том сел рядом, прикладывая средний палец к губам писателя, тот хотел выразить своё недовольство, как вдруг со стороны окна послышался шорох, и Билл передумал что-либо говорить, предпочитая послушаться Каулитца. Что-то спрыгнуло, мягко приземляясь на пол, поскреблось о ковер и затем мелкими шажками подошло к кровати. Сердце Зальцманна часто забилось, что казалось, будто вся комната наполнилась ритмичным буханьем, исходящим от самого писателя. Том придвинулся ближе к парню, приобнимая того за талию. Зальцманн удивился такой наглости, но предпочёл пока что находиться рядом с Томом. Тем временем, существо, посетившее обитель Каулитца, запрыгнуло на кровать и направилось к парням, шипя и сверкая в темноте красными глазами. Билл почувствовал, как рука Тома, обнимавшая парня за талию, напряглась, и в мгновение ока парень оказался лежащим на полу.

- Лицом ударился… - прошипел Билл, приподнимаясь на ладонях. Свет в комнате загорелся и Зальцманн отчётливо увидел сидящего на кровати огромного чёрного кота, щурившегося от яркого света и, прикрывая лицо лапой, на которой красовался золотой браслет.

- Ой, да ты же кот, - Зальцманн пораженно рассмеялся, вставая в полный рост и встречаясь взглядом с суровыми глазами Тома, который стоял рядом со стеной.

Смех тут же стих, а кот, уже привыкший к свету, убрал лапу от лица, и Билл мог отчетливо видеть, как подрагивали его длинные усы и горели необъяснимым красным цветом глаза. Кот был настолько нереальный, что это смутило писателя ещё больше.

- Ну, что? – пробасил кот с неким мурлыканьем в голосе. Билл отошёл на приличное расстояние от этого чуда, всё ещё отказываясь верить в то, что коты таких больших размеров, да ещё и разговаривают. Наверняка, он и ест как бегемот.

- Что тебе надо, посланник Сильвии? – грубовато отозвался Том, поправляя повязку на лице. Кот встал на задние лапы, оказавшись почти ростом Билла, и слез с кровати, присаживаясь на неё.

- Мне? – чёрный кот огляделся по сторонам и, остановив свой взгляд на писателе, улыбнулся, обнажая заточенные клыки, - Мне его надо, писателя вашего.

- Передай Сильвии, что это невозможно. Ты на моей территории и должен немедленно покинуть её. В противном случае, я убью тебя, как убил два дня назад одного из её слуг. Его имя Лайс, если я не ошибаюсь, - Каулитц усмехнулся, доставая из-за пазухи револьвер, но кот, видимо не ожидавший такого расклада, примирительно поднял лапы.

- Не стоит на меня злиться, а уж тем более показывать мне свои железки, Томас. Я всего лишь передаю то, что просила передать Сильвия. В противном случае, если вы этого не исполните, вас ждут неприятные последствия.

- А как тебя зовут, котёнок? – от умиления у Билла заблестели глаза радостным огоньком. Он даже почти не вслушивался в слова, любуясь плодом чьего-то воображения. Зальцманну казалось, что это не такой уж и страшный кот, а наоборот – милое животное, не способное на вред. Том подавился от такого заявления, а кот гордо поднял голову, радуясь тому, что к нему так относятся, и, тем более, интересуются его именем.

- Моё имя… - начал, было, кот, но смешок Каулитца прервал всю торжественность момента, поэтому он обиженно буркнул: - Люцифер меня зовут.

- Как необычно, я поражаюсь, - Билл зажал ладонью рот Тому через повязку, но Том продолжал хохотать, вытирая подступившие от смеха слёзы.

- О, боги, Билл, это Люцифер, подданный сатаны, один из свиты Сильвии. И только не говори, что он тебе понравился.

- Он мне понравился, причем очень! – писатель по-детски захлопал в ладоши, чуть ли не прыгая вокруг кота и рассматривая того во всю. Наконец, коту надоел весь этот цирк, он махнул лапой на Билла, отмахиваясь, и, с унылым видом подойдя к окну, исчез, растворяясь в воздухе. Парни, молча, смотрели на слегка рябивший воздух и оба облегчённо выдохнули.

- Билл, что это был за цирк? - нарушил тишину Том, когда воздух перестал рябить. Зальцманн посмотрел на Каулитца и с легкой усмешкой на губах ответил:

- Дурацкая попытка спасти самого себя. Я просто поставил Люцифера в неловкое положение. Как ты говорил? Добро сильнее зла, и я в этом убедился.

- Я всё больше убеждаюсь, что ты очень умён, писатель, - Том одобрительно похлопал парня по плечу, - А теперь советую тебе спать, надеюсь, сегодня тебя больше никто не потревожит.

- Ты был первый, кто потревожил меня, но я не имею ничего против этого. Спокойной ночи, Том, - парень улыбнулся, ожидая, что Том вот-вот снимет повязку, но чуда не произошло. Пожелав также приятных снов, Каулитц засунул за пазуху не пригодившийся револьвер и покинул комнату писателя, плотно закрывая за собой дверь. Билл вновь разочарованно вздохнул, уже отчаиваясь, что Том не снимет эту повязку с лица. А ведь так хотелось узнать, каков Том…

Биллу пришла мысль в голову, но, вспомнив, что в доме камеры, он поморщился и лег спать, выключая свет. В комнате Тома продолжал гореть тусклый свет, и одному Богу было известно, чем он занят.

0

26

***

Следующий день начался довольно необычно для обоих жителей дома Каулитца, а именно: настойчиво звонили в дверь. И как бы Билл старался не обращать внимания на возмущённые крики Тома на первом этаже, все равно любопытство одержало победу, и парень с сумасшедшей скоростью оделся и прямо такой, растрёпанный от сна, со слегка помятым лицом, выбежал на первый этаж, на лестнице сталкиваясь с самим Томом.

- Том, что случилось?! – Зальцманн тут же перехватил Каулитца, впиваясь пальцами в его плечи. Том был зол как никогда, таким Билл его ещё не видел, по крайней мере, за то время, пока он находился в его доме.

- Причёсывайся, одевайся, мы уходим отсюда! – попросту дал указание Зальцманну Том и покинул лестницу, скрываясь в дверях своей комнаты.

Писатель непонимающе хлопал глазами, прикидывая, что же случилось за то время, пока парень так сладко спал. Но сон был нужен ему, и поэтому он не считал себя виноватым в том, что пропустил что-то очень важное. Всё бывает в жизни, но если бы Том был хоть немного поспокойнее, то он бы рассказал Биллу, в чём дело. Тяжело вздохнув, парень вернулся в свою комнату, думая, во что бы можно было одеться для выхода на улицу, ведь всю свою одежду Билл оставил в своём доме. Решив, что ничего нет, он постучался в комнату Тома. Тот вышел со стопкой листов в руках и, увидев Билла, спрятал их за спину.

- Что? - Каулитц нетерпеливо переминался с ноги на ногу, ожидая ответа.

- Том, во-первых, мне нечего одеть нормального, а, во-вторых, в чём дело-то? - Билл сложил руки на груди, всем своим видом показывая, что не уйдёт, пока Том не расскажет ему всё.

- Проходи, - коротко бросил Том, отступая в сторону, чтобы Билл мог зайти. Зальцманн не заставил себя долго ждать, он буквально вплыл в комнату, осматриваясь по сторонам. Эта комната сильно отличалась от всех тех, которые были в доме. Стены стального цвета украшали разные картины с изображениями частей человеческого тела, в некоторых местах были окровавленные руки, а в некоторых тела без головы.

- Ужасно, - в сердцах подумал Билл, медленно присаживаясь в бархатное кресло, накрытое ярко-красным пледом. Комната сама говорила всё за своего хозяина – Том яркая личность, и в то же время опасная, но опасности Билл не видел в нём, потому что Каулитц сам рассказывал о том, что он больше не такой. Возможно, парень просто не успел изменить интерьер, в связи со сложившимися обстоятельствами.

- Ну, что ж, - Каулитц захлопнул ногой дверь и положил в походный рюкзак исписанную стопку листов, - Приходила свита Сильвии, но я их не пустил. Они так же требуют тебя к Сильвии, и я дал им ясно понять, что ничего не выйдет. Ты под моей опекой.

- Почему она так яро требует меня к себе? - Билл пригладил рукой растрёпанные волосы, смотря на Тома внимательным взглядом.

- Она хочет, чтобы ты принёс ей свои рукописи и дописал их так, как она захочет.

- Но у меня нет рукописей!- возразил писатель.

- Ты забыл? Они у меня, - Том потряс полным рюкзаком в воздухе и положил его на пол, рядом с дверью.

- Тогда в чём проблема? Давай я пойду к ней и допишу рассказы так, как захочет она.

- Ты совсем что ли? – Том нахмурился так, что невидимая складка пролегла между его бровями. Зальцманн хотел было что-то возразить, но Каулитц жестом руки показал, чтобы тот молчал, а сам продолжил: - Если ты допишешь так, как захочет Сильвия, будет полная катастрофа. Меня не останется в живых, а ты… Навряд ли ты попадёшь домой. Возможно, она оставит тебя здесь, чтобы ты мучился, страшась своих собственных персонажей.

- И куда мы теперь? - Билл разочарованно выдохнул. Надежда на то, что писатель попадёт домой, разрушилась, оставляя мелкие осколки в его сердце.
Том подошёл к парню, пальцами руки приподнимая его за подбородок.

- Не бойся, Билл. Мы уйдём далеко отсюда, чтобы Сильвия и её свита не нашли нас, и ты дописал свой рассказ, - он подмигнул парню.

Билл молча смотрел на Каулитца, решаясь снова спросить, снимет ли он повязку? Глубоко вздохнув, писатель прошептал на одном дыхании:

- Том, сними…

- Ещё не время, - Каулитц присел на корточки перед писателем, взяв его ладони в свои руки.

- А когда будет время? Мне страшно, понимаешь? Мне страшно идти с тобой неизвестно куда, страшно знать, что произойдёт с нами, если я допишу рассказ так, как хочет Сильвия, - Билл сжал в своих руках ладони Тома. Том склонил голову на бок, определённо о чем-то думая, и Билл знал это. Он сам когда-то придумал такой незамысловатый жест для своего персонажа. Но сейчас его волновало не это. Его волновало то, что он увидит, если Том снимет повязку, как он отреагирует, как посмотрит, чтобы не обидеть Каулитца.

- Хорошо, Билл, - неожиданно произнёс Том, отпуская слегка вспотевшие ладони Билла. Он развязал узел на затылке и медленно, подобно замедленной съёмке, убрал от лица повязку. Сердце писателя пропустило удар, но, как ожидал Билл, удары не прекратились, а наоборот, участились, дыхание сбилось, словно при длительном беге. Том был неотразим: правильной формы нос, слегка раскосые карие глаза, в которые раньше Билл всматривался, пытаясь в них увидеть красоту Тома, немного пухловатые губы, нижняя которых была украшена пирсингом. Но что самое интересное, это то, что половину лица Томаса украшал необычный рисунок: непонятные иероглифы, о которых Билл не писал в книге о нём. Откуда эта татуировка и такой причудливой формы?

- Том? - Билл провел подушечками пальцев по черным полосам татуировки на левой щеке, отчего Каулитц, поджав губы, следил за этими движениями, - Откуда это?

- Это печать. Печать недоконченного рассказа. Я же говорил, что у каждого из нас всё по-разному, у кого-то не хватает частей тела, глаз, а вот у меня печать. Я ненавижу её, поэтому и прячу лицо, - парень невесело усмехнулся, убирая от лица руку писателя.

- Ты очень красивый, я не ожидал. А эта печать ничуть не портит тебя, - Зальцманн смущенно отодвинулся от лица Каулитца, облизнув пересохшие губы. Том встал на ноги, отбрасывая в сторону повязку, и снова принялся упаковывать вещи, которые пригодятся им с Биллом для «путешествия».

- Спасибо, - как-то отрешённо проговорил парень, - Вещи я тебе дам пока свои, которые я носил раньше, думаю, они тебе подойдут. А вот тебе придётся с импровизировать нам еду, ты ведь захочешь кушать.

Билл вздохнул и слабо улыбнулся, соглашаясь со словами Каулитца. По всей видимости, слова Зальцманна его смутили, потому он постарался не обращать на это внимания. Билл встал с кресла и прошел мимо Тома, направляясь к выходу, но внезапно Том схватил его за руку и потянул на себя. Не ожидавший такого, Билл завалился на парня, упираясь носом в его грудь.

- Что ты делаешь? - Зальцманн поднял лицо, смотря на Тома своими тёмными глазами, обрамлёнными пушистыми ресницами. Каулитц не торопился с ответом, впрочем, как и всегда. Он приблизил своё лицо к лицу писателя, выдыхая полушёпотом слова:

- На размышление сделаю кое-что… Только не дерись, писатель, - улыбка тронула лицо красавца, и, обхватывая за талию недоуменного Билла, он прижался своими губами к чуть приоткрытым губам Зальцманна. Парень широко распахнул глаза, совершенно не понимая, что сейчас происходит, зачем Том так делает. И, тем не менее, губы Тома прошлись по его скуле и снова вернулись к недвижимым губам, сминая их, требуя ответа, но молодой писатель упёрся руками в грудь парня, не давая тому его целовать.

- Я… - Билл залился краской, понимая, как нелепо выглядит сейчас и не смог ответить тем же Каулитцу, - Прости, Том, нам нужно собираться.

Том хотел ещё что-то сказать, но писатель, не дожидаясь ответа, покинул комнату, громко топая ногами по лестнице, спускаясь на первый этаж. Дело было сделано: теперь Билл будет думать только о хорошем и искать в Томасе защиту, как считал Каулитц.
Им предстояла тяжёлая дорога, на пути которой парни могут встретить всякое, поэтому Тому не хотелось, чтобы Билл пугался.
Нет, Билл должен думать о хорошем, ведь на нём лежала большая ответственность: дописать рассказ, чтобы всё вернулось на свои места.

0

27

Том был на кухне, помогая Биллу уложить продукты в походный рюкзак. Оба молчали, ибо не видели смысла что-либо говорить. Том считал свой долг выполненным, а Зальцманн, лишь слегка нахмурившись, складывал куски хлеба в пакет.

- Билл? - Каулитц слегка потянул парня за рукав своей же кофты, которую он дал ему поносить. Писатель поднял голову, чуть улыбнувшись.

- Что? – в его голосе не было никаких ноток раздражения или же просто недоброжелательных. Отнюдь, Билл был самим собой, только немного молчалив.

- Нам пора. Я возьму рюкзак, а ты… - он запнулся, подбирая слова.

- Что я? – брюнет иронично изогнул бровь, - Думаешь, я не смог бы нести рюкзак? Я слишком хил для этого?

- Нет-нет, и в мыслях не было такого! - скривил душой Каулитц, - Я как раз думал сначала, что ты и понесёшь, а потом так прикинул и решил, что уж лучше я, а ты пока думай над следующей главой рассказа.

- Без тебя я бы не знал, что делать, - Билл хмыкнул, накидывая на себя свою кожаную куртку, а затем помог Томасу закинуть на плечи походный рюкзак. Каулитц поморщился от такого тона, но возражать не стал, а лишь добавил:

- На всякий случай, добавляю – можешь подумать обо мне!

- Ну, Том! – писатель, засмеявшись, хлопнул парня по плечу и поспешил выбежать из дома. Каулитц бросился за ним, но неожиданно его привлёк пушистый комок, лежавший рядом с дверью.

Том остановился на месте, прислушиваясь к знакомому мурчанию, но это урчание заглушил отчаянный вопль писателя, находившегося на улице. Том бросился к двери, но ему преградил дорогу кот, вставший во весь свой рост. Люцифер хищно сверкнул глазами и зашипел, словно изголодавшийся зверь.

- Куда-то спешим, красавчик? - кот усмехнулся, сзади запирая дверь на засов.

- Пусти меня, тварь! - Том замахнулся для удара, как внезапно его руку сзади крепко зажали и, заломив её за спину, со всей силы ударили парня по левому виску, отчего он, потеряв сознание, шумно рухнул на пол.

- Как же он меня бесит, - устало выдохнул стоявший за спиной Тома мужчина. Назвать его человеком было сложно, но и никак не назвать тоже было нельзя. Его бледное и овальное лицо уродовал жёлтый клык, выпирающий из-под нижней губы, а губы и без того растрескавшиеся и постоянно кровоточащие слегка подрагивали, ещё более уродуя лицо мужчины. Его звали Азазелло, довольно красиво и необычно для такого урода, но, возможно, были и хорошие черты в его внешности, такие как, например, ухоженные руки, стройные ноги. По всей видимости, в его уродстве был виноват писатель, выдумавший его, либо тот рецикл, о котором рассказывал Биллу Том. И, тем не менее, давайте не будем углубляться во внешность этого неприятного человека, а продолжим наш рассказ. Азазелло поправил свой серый плащ, в кармане которого торчала обглоданная куриная косточка и обратился к чёрному коту, призывая того к вниманию:

- Люцифер, ну, как думаешь, наша хозяйка будет довольна? Мы поймали целых двух зайцев, обезвредив этого выскочку… - при этих словах мужчина пнул в бок лежащее тело Каулитца на полу, - и поймав писателя. Я надеюсь, Вольтер и Гера ничего не перепутали, как в прошлый раз.

Люцифер, с умным видом поправив наручные часы, открыл входную дверь и пропустил двоих, несущих на себе тело Зальцманна.

- Прекрасно! - Люцифер одобряюще мяукнул, снова запирая дверь.

- Ты это мисс Сильвии скажи, может тогда она тебя помилует, шут, - один из вошедших хмыкнул и бросил Билла рядом с Томасом.

Теперь можно было хорошо разглядеть вошедших людей. Первый был Вольтер, именно так звали мужчину в чёрном фраке и длинном цилиндре. Он был довольно крепкого телосложения, с глубокими морщинами на лице и янтарными глазами, которые поблёскивали недобрым огоньком. Все уважали этого человека и боялись, так как вместо правой руки у него был обычный железный крючок, которым мужчина мог запросто убить любого, не задумываясь о последствиях.

Второго, как уже стало ясно, звали Гера – молодой юноша с длинными белыми волосами, которые доходили ему до лопаток на спине. Поэтому юноша их вязал в хвост, опасаясь, как бы не зацепиться ими за что-нибудь. Но, как вы уже заметили, у всех были изъяны на теле и Гера не оставался исключением. На его шее красовалась вечно разорванная и окровавленная рана, не заживавшая уже многие века. Кровь всегда текла на одежду, поэтому ворот и грудь юноши всегда были пропитаны темно-вишнёвой кровью. На запястье Геры красовалось золотое кольцо с украшением в виде черепа пуделя, что очень нравилось юноше, и он никогда не расставался с ним.

- Ну, что, Господа? - Вольтер с усмешкой на губах посмотрел на обездвиженные тела на полу и потёр в предвкушении ладони, - Пора бы нам уже вернуться к Ней.

- Поддерживаю, - мурлыкнул кот Люцифер, потираясь головой о руку Геры, который, впрочем, не возражал, а наоборот, был всегда рад помочь приятелю.

- У тебя снова блохи, - с сочувствием покачал головой Гера.

- На мясо пора бы его пустить, - Азазелло засмеялся своим дребезжащим смехом, поднимая на руки Билла. Писатель ничего не чувствовал, так как не мог очнуться, из-за того что его сначала напугали, а затем, таким же бесцеремонным способом как и Тома, ударили по виску.

Дело было сделано, поэтому четверо друзей, весело рассмеявшись и прихватив с собой Томаса, исчезли, растворяясь в воздухе, отставляя после себя слегка рябившее воздухом пространство.

Что сказать по этому поводу? Да ничего. Стоит лишь только отметить, что Сильвия уже заранее знала о выполненном задании её подданных, и с предвкушением прекрасного ждала того момента, когда двое парней окажутся в её обители, довольно скромной и ничем не приметной на первый взгляд…

Но жители этого города знали, что нужно опасаться городской тюрьмы, так как в ней происходили ужасные вещи.
Тысячи бывших заключенных, их не умершие души, призраки убийц и насильников, изувеченные временем и своими создателями, обитали здесь. Конечно, в этом беспорядке обитала и Сильвия, потому что именно здесь её приняли как за свою и помогли осуществить свою идею против Билла и Тома. Сильвия каждую ночь просыпалась с одной и той же мыслью: не дать писателю закончить рассказ по-своему, всё должно быть так, как продиктует ему она. Была, конечно, проблема – Билл мог и отказаться писать по её словам, но на этот случай Сильвия приготовила для парней очередной сюрприз: она выпустила всех заключённых, и теперь они спокойно ходили по владениям тюрьмы и могли убивать, запугивать, издеваться, не давая покоя. Утешала девушку лишь одна единственна мысль, что писатель будет умнее и согласится на предложение Сильвии, но это всего лишь надежды.

- Мисс Сильвия, - из размышлений девушку вывел дребезжащий голос Азазелло. Сильвия молча подняла голову, встречаясь со своими четырьмя подданными, двое из которых держали на руках тела важных для неё парней.

- Они без сознания? – девушка поднялась с кресла, не стесняясь своей наготы, к которой, впрочем, все уже привыкли, и подошла к подданным.

- Да, мисс, и, думаю, они очнутся ещё не скоро, - мурлыкнул кот, зажимая рот лапой Вольтеру, который тоже собирался ответить на вопрос. Сильвия скептически оглядела тела и, хлопнув в ладоши, приказным тоном объявила:

- В одну из камер их обоих! Привяжите к одному столбу, посмотрим, что будет, когда они очнутся.

- Будет сделано, мисс! – в унисон ответили четверо и скрылись с телами в коридорах обширной тюрьмы, откуда уже раздавались женские визги и грубоватые ругательства.

Продолжнеие следует...

0

28

опаньки...ты опять тут?!!))надеюсь до конца фика?
0_о...немного ошарашена последней продкой!!неужели не получится написать по своему рассказ?!а как Сильвию они убьют?хдд
Жду еще)

0

29

Юлиана89 написал(а):

опаньки...ты опять тут?!!))надеюсь до конца фика?
0_о...немного ошарашена последней продкой!!неужели не получится написать по своему рассказ?!а как Сильвию они убьют?хдд
Жду еще)

Я ждесь выложила, чтобы тему не удаляли... Конечно, до конца фика) а,, может, и получится ребятам написать рассказ по-своему, как поступит Билл не знаем)) Спасибо за отзыв)

0

30

***

Билл первый очнулся от сильного удара, медленно открывая глаза. Перед ним всё плыло, поэтому писатель не мог точно рассмотреть, где находится, но одно он понял точно – это явно не дом Каулитца. Когда перед глазами стало видно, Зальцманн огляделся вокруг и тут же разочарованно выдохнул: пустое и холодное помещение с тусклым светом из ламп на потолке, решётчатая дверь, которая была настежь распахнута, и, что самое главное: Билл сидел на полу с привязанными за спиной руками к столбу. Всё тело ужасно болело, словно его били, а перед тем как привести писателя сюда, ещё и неоднократно роняли.

- О, Господи… - простонал кто-то за спиной Зальцманна. Билл придвинулся ближе к столбу и заглянул за спину, где, крутя во все стороны головой, сидел Том, так же привязанный к столбу.

- Том, ты, случайно, не хочешь сказать, где мы? – с надеждой поинтересовался писатель, на что Том испуганно заглянул через плечо, встречаясь взглядом с ним.

- До этого момента, когда я наконец-то увидел тебя, я ничего, кроме грязных стен, не видел, - иронично хмыкнул Каулитц.

- Стало быть, это дело рук Сильвии.

- Ну, да, Люцифер же её соратник, - пожал плечами Томас.

- А кто те, остальные? – Зальцманн попробовал пошевелить руками, но верёвки были туго натянуты, он лишь причинял себе боль, - Один во фраке был, а другой блондин. Я их ещё не видел.

- Ты про Вольтера и Геру? Ох, милый и наивный писатель, ты ещё Азазелло не видел – вот где страсть Господня! Не человек, а кабан с клыком во рту, - Каулитц поморщился от воспоминаний об этом человеке, не сосем приятной внешности.
Биллу же наоборот, казалось, что это страшный сон, после которого он проснётся в своём доме, в теплой и нагретой им самим постели, выпьет кофе и снова примется писать, но теперь уже недописанные рассказы. Ему хотелось всё исправить и вернуться домой, хотелось закричать от безысходности, от глупости из-за которой он теперь здесь, совершенно не в своём мире.

Оставался вопрос: почему Сильвия охотится именно за ним, почему выбрала именно Билла, ведь в мире полно писателей, как говорил Том, пишущих фантастику, ужасы, мистику…

Но Сильвия имела на это всё мнение, ведь она персонаж рассказа Зальцманна, а значит, именно он должен закончить этот рассказ.

- Что нам делать теперь? – Билл обречённо вздохнул, понимая, что теперь, находясь в руках Сильвии, он ничего не может сделать. Том повернул голову к писателю, улыбаясь как-то совсем по-детски, так показалось Биллу, и ответил, немного заторможено, но ответил:

- Делать так, как скажу я тебе, понял, Билл?

- И что ты приказываешь? – писатель легко улыбнулся, представляя, как Том заставляет его кланяться Сильвии в ноги и молить о пощаде, но Том думал иначе:

- Не приказываю, Билл, а прошу, - поправил он парня, - Не пиши так, как скажет тебе Сильвия. Старайся не смотреть на неё, ибо её глаза гипнотизируют, в этом наш с тобой минус. Пусть нам будет плохо, пусть нас ждут мучения, но мы вместе и мы будем помогать друг другу, ведь так?

- Так. - Совершенно уверенно ответил Зальцманн. Теперь он был уверен, что Том его поддержит, что бы он не сделал.

- Вот и всё, - Том едва коснулся руки писателя, - И самое главное – не бойся, я рядом.

- Ох, Том, что бы я без тебя делал? – молодой писатель всхлипнул от умиления, но Каулитц шикнул на парня, заставляя того замолчать и прислушаться к звукам исходящим вне камеры.
Послышались шаги, которые эхом отдавались по всему коридору, и весёлые разговоры, подпитываемые звонким и приятным смехом.

Ребята прижались спиной к столбу, мысленно уже понимая, кто это мог быть. Внезапно, когда Билл хотел было чихнуть, четверо приятелей вошли в камеру и синхронно хлопнули в ладоши. Теперь Билл чихнул не из-за собственно позыва, а от испуга. Тому лишь оставалось хрюкнуть от смеха, а четверым приятелям удивлённо похлопать разными глазами.

- Уже очухались? – мурлыкнул кот Люцифер, плавной походкой подходя к ребятам, не забывая при этом урчать, словно объевшийся кот сметаны.

- Тебя это не касается, - с ненавистью прошипел Каулитц, но Билл ущипнул того за палец, немо приказывая, чтобы тот молчал.

- Что вам нужно от нас?- Зальцманн вопросительно посмотрел на четверых, но они лишь рассмеялись, делая вид, что в принципе ничего, но Вольтер первым попросил всех замолчать:

- Нам нужен именно ты, писатель, а твой дружок здесь лишь для большего твоего вдохновения.

- Я не буду писать так, как скажет Сильвия, я не для этого родился, чтобы потом подчиняться кому-то, да ещё и в гнусных целях! - ровным голосом, без намека на испуг, ответил писатель.

Тому лишь оставалось улыбнуться на столь дерзкий ответ и подивиться на храбрость писателя, ведь в глубине души даже сам Каулитц боялся это шайку, непонятно кому служащую, то ли Сильвии, то ли дьяволу. Но факт оставался фактом – они довольно сильные и от них можно ожидать чего угодно.

- Ты будешь диктовать нам свои условия? – Гера, словно хищник, изогнул правую бровь, прижимая к груди окровавленный ворот.

- Нет, я лишь пытаюсь вам, тупым тварям, доказать, что петь под флейту Сильвии я не буду, как, впрочем, и под вашу.

- Молчать, щенок! – не выдержал самый старший из приятелей, Вольтер, и с размаху ударил кулаком Зальцманна по челюсти. Билл проскулил от боли, морщась и двигая в стороны нижней челюстью: та неприятно заныла.

- Не трогай его! - Том попытался встать, но сильные узлы верёвки не дали ему это сделать, поэтому он резко дёрнувшись и шикнув от боли, ударился затылком о столб.

- Ребята, во взрослые игры пора играть, а не жить сказками, - до этого молчавший Азазелло вынудил из кармана золотую сигарету и закурил, пуская по всей камере, приятный неизвестный до этого парням запах. Люцифер тут же выскочил из камеры, зажимая себе лапой нос и аргументируя свой поступок ничем иным, как аллергия. Гера с Вольтером удовлетворённо хмыкнули, показывая Азазелло «класс». Тот с довольной улыбкой вновь повернулся к ничего не понимавшим Биллу и Тому, продолжая:

- Так вот, на чём я остановился? Ах, да, дорогой писатель, тебе стоит послушать нас и нашу хозяйку, ибо это может привести к печальным последствиям. Вы знаете, кого мы выпустили из заточения?

- Кого? – Том внимательно посмотрел на уродливого человека, отмечая про себя, что тот, правда, очень страшный и некрасивый.

- Духов, убийц, призраков, они будут издеваться над вами и это может привести к летальному исходу.

- Мы не боимся этих выскочек, - прошипел писатель, всё ещё скуливший от боли, но глядя на пришедших c такой ненавистью, что, казалось, его взгляд может разрушить любые стены.

- Хорошо, но я вас предупредил, писатель. В любом случае, если вы будете согласны с условием нашей мисс Сильвии, вы можете сообщить нам об этом. А пока… - Азазелло подошёл к парням, вынимая из кармана золотой нож и, наклонившись, перерезал верёвки, которые связывали руки заключённых.

- Мои руки… - Каулитц потер стёртые запястья, с нежностью рассматривая их, а Билл тут же схватился за челюсть, разминая её. Четверо друзей, переглянувшись, встали в один ряд, при этом кот снова зашел в камеру, и исчезли, как и прежде растворяясь в воздухе.

Для Тома и Билла судьба была предрешена, и они сами выбрали такой, довольно сложный путь.

- Ну, что? – Том помог встать писателю, на что тот благодарно улыбнулся.

- Что-что? Нужно дописывать рассказ, но не так как он есть, а с чистого листа.

- И о чем ты будешь писать? – Каулитц заинтересованно посмотрел на парня, но тот почему-то испуганно уставился за его спину.

- Билл?

- Том, молчи… - прошептал Зальцманн, протягивая к нему дрожащую руку.

- Да, что же происходит, скажи?! – раздраженно закричал парень, как вдруг, Билл, схватив его за край куртки, резко потянул на себя, но не успел. Брызнувшая из стены кровь залила их с ног до головы, пачкая в тёмно-вишнёвой жидкости и повиснув на парнях трубочками капилляров.

- Не соврали, гады… - зло прошипел Каулитц себе под нос, прежде чем они успели покинуть камеру, сплошь залитую кровью.

0


Вы здесь » Фанфики о Tokio Hotel » Слеш » «Рецикл»(Слэш,Романтика,Ангст,Мистика,Психология,Ужасы,AU,макси)


Создать форум. Создать магазин